Подавление недоверия - История изменений

Илай Джавуд в 21:34, 23 мая 2024

2024-05-23T21:34:42Z

← Предыдущая		Версия 00:34, 24 мая 2024
Строка 27:		Строка 27:

	Впрочем, некоторые считают, что описания и детали реалистической литературы служат для того же — подавить недоверие читателя, чтобы он почувствовал, что персонажи живут если не на одной с ним улице, то хотя бы на соседней.		Впрочем, некоторые считают, что описания и детали реалистической литературы служат для того же — подавить недоверие читателя, чтобы он почувствовал, что персонажи живут если не на одной с ним улице, то хотя бы на соседней.

			== Примечания ==
			{{Примечания}}

	{{Nav/Штампы/Явления и идеи}}		{{Nav/Штампы/Явления и идеи}}

Доктор Анхельо Карререс в 21:15, 23 мая 2024

2024-05-23T21:15:19Z

Star guitar: 1 версия импортирована

2022-05-06T08:38:10Z

1 версия импортирована

← Предыдущая

Версия 11:38, 6 мая 2022

Taskforce304: Новая страница: «{{q|Чудо «Чапаева» заключалось именно в этом необъяснимом, непонятном, странном и неповторимом обстоятельстве: «Чапаев» для зрителей тридцатых годов был не фильмом, заранее придуманным, подготовленным. Это был подлинный, несомненный и реальный кусок ж...»

2022-03-27T23:24:11Z

Новая страница: «{{q|Чудо «Чапаева» заключалось именно в этом необъяснимом, непонятном, странном и неповторимом обстоятельстве: «Чапаев» для зрителей тридцатых годов был не фильмом, заранее придуманным, подготовленным. Это был подлинный, несомненный и реальный кусок ж...»

← Предыдущая		Версия 02:24, 28 марта 2022
Строка 4:		Строка 4:
	{{q\|Можно нарушать любые законы — литературные и реальной жизни, — отказываться от всякой логики и разрушать достоверность, действовать наперекор всему и всем мыслимым-немыслимым предписаниям и правилам, если только в результате достигается главная цель: в читателе вспыхивает готовность к сопереживанию, — и чем сильнее эта готовность, тем большие нарушения и разрушения позволяется совершать автору.\|[[Братья Стругацкие\|Стругацкие]]}}		{{q\|Можно нарушать любые законы — литературные и реальной жизни, — отказываться от всякой логики и разрушать достоверность, действовать наперекор всему и всем мыслимым-немыслимым предписаниям и правилам, если только в результате достигается главная цель: в читателе вспыхивает готовность к сопереживанию, — и чем сильнее эта готовность, тем большие нарушения и разрушения позволяется совершать автору.\|[[Братья Стругацкие\|Стругацкие]]}}

	'''Подавление недоверия''' (''Suspension of disbelief'') — концепция, оправдывающая нереалистичность [[сюжет\|повествования]]. Писатель может настолько увлечь читателя, что тот захочет поверить в сказку и перестанет предъявлять к истории требования с точки зрения своего опыта, здравого смысла и представлений о реальности. Вас же не удивляет, что в [[боевик]]ах перевернутые машины [[Бензин - это взрывчатка\|взрываются]], как только из них выберется главный герой? Или что [[эффект штурмовика\|в него никто не может попасть]].		'''Подавление недоверия''' (''Suspension of disbelief'') — концепция, оправдывающая нереалистичность [[сюжет\|повествования]]. Писатель может настолько увлечь читателя, что тот захочет поверить в сказку и перестанет предъявлять к истории требования с точки зрения своего опыта, здравого смысла и представлений о реальности. Вас же не удивляет, что в [[боевик]]ах перевернутые машины [[Бензин - это взрывчатка\|взрываются]], как только из них выберется главный герой? Или что [[эффект штурмовика\|в него никто не может попасть]].

	Термин «подавление недоверия» был придуман в 1817 году поэтом и философом [[:w:Кольридж,_Сэмюэл_Тейлор\|Сэмюэлем Тейлором Кольриджем]], который предположил, что если писатель может вдохнуть «человеческое участие и правдоподобность» в фантастический рассказ, то читатель готов добровольно отказаться от недоверия к написанному тексту. Подавление недоверия часто используют в произведениях с вымышленным действием, комедии, фантастике и жанре [[ужасы\|ужасов]]. [[Познаваемое отчуждение]] (''cognitive estrangement'') в [[литература\|художественной литературе]] включает в себя использование человеческого невежества или отсутствия знаний для содействия подавлению недоверия.		Термин «подавление недоверия» был придуман в 1817 году поэтом и философом [[:w:Кольридж,_Сэмюэл_Тейлор\|Сэмюэлем Тейлором Кольриджем]], который предположил, что если писатель может вдохнуть «человеческое участие и правдоподобность» в фантастический рассказ, то читатель готов добровольно отказаться от недоверия к написанному тексту. Подавление недоверия часто используют в произведениях с вымышленным действием, комедии, фантастике и жанре [[ужасы\|ужасов]]. [[Познаваемое отчуждение]] (''cognitive estrangement'') в [[литература\|художественной литературе]] включает в себя использование человеческого невежества или отсутствия знаний для содействия подавлению недоверия.

commons>Stan12: оформление

2021-08-24T08:20:27Z

оформление

Новая страница

{{q|Чудо «Чапаева» заключалось именно в этом необъяснимом, непонятном, странном и неповторимом обстоятельстве: «Чапаев» для зрителей тридцатых годов был не фильмом, заранее придуманным, подготовленным. Это был подлинный, несомненный и реальный кусок жизни, захватывающий и трагический, а если он возник передо мной, зрителем, сейчас на экране, если я, зритель, очнувшись, вспоминаю, что сижу в кинотеатре, то все это — просто необъяснимое волшебство, которого я не понимаю, да и не хочу понимать и объяснять... |[[:w:Бабочкин,_Борис_Андреевич|Б.Бабочкин]]}}
{{q|Задача писателя — говорить правду. Его уровень верности правде должен быть настолько высок, что придуманное им на основании его опыта должно давать более правдивое изображение, чем любое описание фактов.| Эрнест Хемингуэй }}
{{q|— Нужно уметь врать... Вымысел должен быть правдоподобным. Это называется «подавление недоверия»|Кэтрин Трамелл (Шэрон Стоун) из «Основного инстинкта» кратко резюмирует содержание этой статьи}}
{{q|Можно нарушать любые законы — литературные и реальной жизни, — отказываться от всякой логики и разрушать достоверность, действовать наперекор всему и всем мыслимым-немыслимым предписаниям и правилам, если только в результате достигается главная цель: в читателе вспыхивает готовность к сопереживанию, — и чем сильнее эта готовность, тем большие нарушения и разрушения позволяется совершать автору.|[[Братья Стругацкие|Стругацкие]]}}

'''Подавление недоверия''' (''Suspension of disbelief'') — концепция, оправдывающая нереалистичность [[сюжет|повествования]]. Писатель может настолько увлечь читателя, что тот захочет поверить в сказку и перестанет предъявлять к истории требования с точки зрения своего опыта, здравого смысла и представлений о реальности. Вас же не удивляет, что в [[боевик]]ах перевернутые машины [[Бензин - это взрывчатка|взрываются]], как только из них выберется главный герой? Или что [[эффект штурмовика|в него никто не может попасть]].

Термин «подавление недоверия» был придуман в 1817 году поэтом и философом [[:w:Кольридж,_Сэмюэл_Тейлор|Сэмюэлем Тейлором Кольриджем]], который предположил, что если писатель может вдохнуть «человеческое участие и правдоподобность» в фантастический рассказ, то читатель готов добровольно отказаться от недоверия к написанному тексту. Подавление недоверия часто используют в произведениях с вымышленным действием, комедии, фантастике и жанре [[ужасы|ужасов]]. [[Познаваемое отчуждение]] (''cognitive estrangement'') в [[литература|художественной литературе]] включает в себя использование человеческого невежества или отсутствия знаний для содействия подавлению недоверия.

Это проще показать на примере. Вот цитата из легендарных мемуаров Мессинга, надиктованных журналисту Хвастунову:

{{q|— На квартире Эйнштейна меня в первую очередь поразило обилие книг. Они были повсюду, начиная с передней. Меня провели в кабинет. Здесь находилось двое — сам Эйнштейн и Зигмунд Фрейд, знаменитый австрийский врач и психолог, создатель теории психоанализа… Он был, как всегда, в чёрном сюртуке… Эйнштейна я запомнил меньше. Помню, что одет он был просто, по-домашнему, в вязаном джемпере, без галстука и пиджака…|Мессинг описывает свои приключения в Вене}}

На первый взгляд, тут нет ничего необычного и мы верим автору. А проверка показывает, что почти в каждом предложении есть натяжка или фантдопущение.

* Эйнштейн в свитере, а Зигмунд Фрайд в чёрном сюртуке... Точно так же, как они изображены на самых известных фотографиях. Надо же, какое совпадение.
* Нет ни одного доказательства, что в 1913—1925 годах Эйнштейн бывал в Вене.
* Почти всю жизнь Эйнштейн, несмотря на всемирную славу, был сравнительно небогатым человеком. Все 1920-е годы он провёл в лекционных турах, и даже вилла в Потстдаме была не его, а государственная. Что это был за слуга, который провёл пусть и знаменитого иллюзиониста в кабинет?
* Эйнштейн никогда не держал у себя много книг: из-за частых переездов и путешествий он физически не мог таскать с собой огромную библиотеку.
* Дальнейшее описание сеанса гипноза абсолютно фантастично и противоречит всему, что знают о гипнозе врачи.

Но всё это изложено настолько будничным тоном, что читатель даже не задумывается, что здесь не так.

Впрочем, когда автор начинает требовать от читателя веры в слишком большое количество алогичных (несвязных, абсурдных, художественно недостоверных) фактов, добровольный временный отказ от неверия исчезает, и произведение перестает восприниматься. Примером такой ситуации может послужить, например, [[Научная фантастика|научно-фантастический]] [[телесериал|сериал]], который перестает следовать собственным правилам. Иными словами, зритель готов поверить в то, что космический корабль может летать быстрее скорости света и перемещаться на расстояние в десять световых лет за один стандартный час. Но, если в следующей серии тот же корабль без всяких объяснений начнет совершать межгалактические перелеты за несколько секунд, то добровольный временный отказ от неверия исчезает, и шоу перестает восприниматься как правда.

Явление напрямую связано с вкусовщиной. Для одних читателей подавление недоверия будет работать полностью, для других лишь частично, для третьих не будет работать вовсе. Чем больше тропов используется в тексте, тем больше шансов на то, что произведение затрещит по швам (а совсем без тропов произведение рискует стать совсем не интересным).

Впрочем, некоторые считают, что описания и детали реалистической литературы служат для того же — подавить недоверие читателя, чтобы он почувствовал, что персонажи живут если не на одной с ним улице, то хотя бы на соседней.

{{Nav/Штампы/Явления и идеи}}

← Предыдущая		Версия 00:15, 24 мая 2024
Строка 4:		Строка 4:
	{{q\|Можно нарушать любые законы — литературные и реальной жизни, — отказываться от всякой логики и разрушать достоверность, действовать наперекор всему и всем мыслимым-немыслимым предписаниям и правилам, если только в результате достигается главная цель: в читателе вспыхивает готовность к сопереживанию, — и чем сильнее эта готовность, тем большие нарушения и разрушения позволяется совершать автору.\|[[Братья Стругацкие\|Стругацкие]]}}		{{q\|Можно нарушать любые законы — литературные и реальной жизни, — отказываться от всякой логики и разрушать достоверность, действовать наперекор всему и всем мыслимым-немыслимым предписаниям и правилам, если только в результате достигается главная цель: в читателе вспыхивает готовность к сопереживанию, — и чем сильнее эта готовность, тем большие нарушения и разрушения позволяется совершать автору.\|[[Братья Стругацкие\|Стругацкие]]}}

	'''Подавление недоверия''' (''Suspension of disbelief'') — концепция, оправдывающая нереалистичность [[сюжет\|повествования]]. Писатель может настолько увлечь читателя, что тот захочет поверить в сказку и перестанет предъявлять к истории требования с точки зрения своего опыта, здравого смысла и представлений о реальности. Вас же не удивляет, что в [[боевик]]ах перевернутые машины [[Бензин - это взрывчатка\|взрываются]], как только из них выберется главный герой? Или что [[эффект штурмовика\|в него никто не может попасть]].		'''Подавление недоверия''' (''Suspension of disbelief'') — концепция, оправдывающая нереалистичность [[сюжет\|повествования]]. Писатель может настолько увлечь читателя, что тот захочет поверить в сказку и перестанет предъявлять к истории требования с точки зрения своего опыта, здравого смысла и представлений о реальности. Вас же не удивляет, что в [[боевик]]ах перевернутые машины [[Бензин - это взрывчатка\|взрываются]], как только из них выберется главный герой? Или что [[эффект штурмовика\|в него никто не может попасть]].

	Термин «подавление недоверия» был придуман в ~~1817 году~~ поэтом и философом [[:w:Кольридж,~~_Сэмюэл_Тейлор~~\|Сэмюэлем Тейлором Кольриджем]], который предположил, что если писатель может вдохнуть «человеческое участие и правдоподобность» в фантастический рассказ, то читатель готов добровольно отказаться от недоверия к написанному тексту. Подавление недоверия часто используют в произведениях с вымышленным действием, комедии, фантастике и жанре [[ужасы\|ужасов]]. [[Познаваемое отчуждение]] (''cognitive estrangement'') в [[литература\|художественной литературе]] включает в себя использование человеческого невежества или отсутствия знаний для содействия подавлению недоверия.		Термин «подавление недоверия» был придуман в 1817 году поэтом и философом [[:w:Кольридж, Сэмюэл Тейлор\|Сэмюэлем Тейлором Кольриджем]], который предположил, что если писатель может вдохнуть «человеческое участие и правдоподобность» в фантастический рассказ, то читатель готов добровольно отказаться от недоверия к написанному тексту. Подавление недоверия часто используют в произведениях с вымышленным действием, комедии, фантастике и жанре [[ужасы\|ужасов]]. [[Познаваемое отчуждение]] (''cognitive estrangement'') в [[литература\|художественной литературе]] включает в себя использование человеческого невежества или отсутствия знаний для содействия подавлению недоверия.

	Это проще показать на примере. Вот цитата из легендарных мемуаров Мессинга, надиктованных журналисту Хвастунову:		Это проще показать на примере. Вот цитата из легендарных мемуаров Мессинга, надиктованных журналисту Хвастунову:
Строка 14:		Строка 14:
	На первый взгляд, тут нет ничего необычного и мы верим автору. А проверка показывает, что почти в каждом предложении есть натяжка или фантдопущение.		На первый взгляд, тут нет ничего необычного и мы верим автору. А проверка показывает, что почти в каждом предложении есть натяжка или фантдопущение.

	* Эйнштейн в свитере, а Зигмунд Фрайд в чёрном ~~сюртуке...~~ Точно так же, как они изображены на самых известных фотографиях. Надо же, какое совпадение.		* Эйнштейн в свитере, а Зигмунд Фрайд в чёрном сюртуке… Точно так же, как они изображены на самых известных фотографиях. Надо же, какое совпадение.
	* Нет ни одного доказательства, что в ~~1913—1925 годах~~ Эйнштейн бывал в Вене.		* Нет ни одного доказательства, что в 1913—1925 годах Эйнштейн бывал в Вене.
	* Почти всю жизнь Эйнштейн, несмотря на всемирную славу, был сравнительно небогатым человеком. Все 1920-е годы он провёл в лекционных турах, и даже вилла в Потстдаме была не его, а государственная. Что это был за слуга, который провёл пусть и знаменитого иллюзиониста в кабинет?		* Почти всю жизнь Эйнштейн, несмотря на всемирную славу, был сравнительно небогатым человеком. Все 1920-е годы он провёл в лекционных турах, и даже вилла в Потстдаме была не его, а государственная. Что это был за слуга, который провёл пусть и знаменитого иллюзиониста в кабинет?
	* Эйнштейн никогда не держал у себя много книг: из-за частых переездов и путешествий он физически не мог таскать с собой огромную библиотеку.		* Эйнштейн никогда не держал у себя много книг: из-за частых переездов и путешествий он физически не мог таскать с собой огромную библиотеку.
Строка 22:		Строка 22:
	Но всё это изложено настолько будничным тоном, что читатель даже не задумывается, что здесь не так.		Но всё это изложено настолько будничным тоном, что читатель даже не задумывается, что здесь не так.

	Впрочем, когда автор начинает требовать от читателя веры в слишком большое количество алогичных (несвязных, абсурдных, художественно недостоверных) фактов, добровольный временный отказ от неверия исчезает, и произведение перестает восприниматься. Примером такой ситуации может послужить, например, [[Научная фантастика\|научно-фантастический]] [[телесериал\|сериал]], который перестает следовать собственным правилам. Иными словами, зритель готов поверить в то, что космический корабль может летать быстрее скорости света и перемещаться на расстояние в десять световых лет за один стандартный час. Но, если в следующей серии тот же корабль без всяких объяснений начнет совершать межгалактические перелеты за несколько секунд, то добровольный временный отказ от неверия исчезает, и шоу перестает восприниматься как правда.		Впрочем, когда автор начинает требовать от читателя веры в слишком большое количество алогичных (несвязных, абсурдных, художественно недостоверных) фактов, добровольный временный отказ от неверия исчезает, и произведение перестает восприниматься. Примером такой ситуации может послужить, например, [[Научная фантастика\|научно-фантастический]] [[телесериал\|сериал]], который перестает следовать собственным правилам. Иными словами, зритель готов поверить в то, что космический корабль может летать быстрее скорости света и перемещаться на расстояние в десять световых лет за один стандартный час. Но, если в следующей серии тот же корабль без всяких объяснений начнет совершать межгалактические перелеты за несколько секунд, то добровольный временный отказ от неверия исчезает, и шоу перестает восприниматься как правда<ref>Эту проблему ставил ещё Сервантес, а возможно, и не он первый: «Мне могут возразить, что сочинители рыцарских романов так и пишут их, как вещи вымышленные, а потому они, мол, не обязаны соблюдать все тонкости и гнаться за правдоподобием, — я же на это скажу, что вымысел тем лучше, чем он правдоподобнее, и тем отраднее, чем больше в нем возможного и вероятного. Произведения, основанные на вымысле, должны быть доступны пониманию читателей, их надлежит писать так, чтобы, упрощая невероятности, сглаживая преувеличения и приковывая внимание, они изумляли, захватывали, восхищали и развлекали таким образом, чтобы изумление и восторг шли рука об руку. Но всего этого не может достигнуть тот, кто избегает правдоподобия и подражания природе, а в них-то и заключается совершенство произведения»</ref>.

	Явление напрямую связано с вкусовщиной. Для одних читателей подавление недоверия будет работать полностью, для других лишь частично, для третьих не будет работать вовсе. Чем больше тропов используется в тексте, тем больше шансов на то, что произведение затрещит по швам (а совсем без тропов произведение рискует стать совсем не интересным).		Явление напрямую связано с вкусовщиной. Для одних читателей подавление недоверия будет работать полностью, для других лишь частично, для третьих не будет работать вовсе. Чем больше тропов используется в тексте, тем больше шансов на то, что произведение затрещит по швам (а совсем без тропов произведение рискует стать совсем не интересным).

	Впрочем, некоторые считают, что описания и детали реалистической литературы служат для того ~~же —~~ подавить недоверие читателя, чтобы он почувствовал, что персонажи живут если не на одной с ним улице, то хотя бы на соседней.		Впрочем, некоторые считают, что описания и детали реалистической литературы служат для того же — подавить недоверие читателя, чтобы он почувствовал, что персонажи живут если не на одной с ним улице, то хотя бы на соседней.

	{{Nav/Штампы/Явления и идеи}}		{{Nav/Штампы/Явления и идеи}}