Хайнлайнинг - История изменений

Доктор Анхельо Карререс в 10:26, 5 марта 2026

2026-03-05T10:26:47Z

← Предыдущая		Версия 13:26, 5 марта 2026
Строка 2:		Строка 2:
	[[Файл:Heinlein.png\|240px\|thumb\|right\|А на доске — какая-то математика]]		[[Файл:Heinlein.png\|240px\|thumb\|right\|А на доске — какая-то математика]]
	{{Q\|Мы никогда особо не помним начало сна, ведь так? Мы всегда оказываемся прямо внутри того, что происходит.\|Кобб из «[[Inception\|Внедрения]]» поясняет суть тропа}}		{{Q\|Мы никогда особо не помним начало сна, ведь так? Мы всегда оказываемся прямо внутри того, что происходит.\|Кобб из «[[Inception\|Внедрения]]» поясняет суть тропа}}
	Классическая схема романа: [[экспозиция]] — [[завязка]] — перипетии — кульминация — развязка — и (как опция) заключение с [[приложение]]м. В ~~XIX веке~~ авторы обычно начинали повествование с описания внешности, повадок и обстоятельств протагониста и его окружения. Вспомним у [[Jules Verne\|Жюля Верна]]: «В доме номер семь на Сэвиль-роу, Берлингтон Гарден, — в том самом доме, где в ~~1814 году~~ умер Шеридан, — в ~~1872 году~~ проживал Филеас Фогг, эсквайр…» — и так далее, две полные главы. В третьей главе скромно намечается нечто, называемое в нашем скоростном ~~XXI веке~~ голливудским словечком action, но дальше диалогов дело пока не идёт. Завязка — пятая глава, где появляется полицейский агент Фикс, ну и заверте…		Классическая схема романа: [[экспозиция]] — [[завязка]] — перипетии — кульминация — развязка — и (как опция) заключение с [[приложение]]м. В XIX веке авторы обычно начинали повествование с описания внешности, повадок и обстоятельств протагониста и его окружения. Вспомним у [[Jules Verne\|Жюля Верна]]: «В доме номер семь на Сэвиль-роу, Берлингтон Гарден, — в том самом доме, где в 1814 году умер Шеридан, — в 1872 году проживал Филеас Фогг, эсквайр…» — и так далее, две полные главы. В третьей главе скромно намечается нечто, называемое в нашем скоростном XXI веке голливудским словечком action, но дальше диалогов дело пока не идёт. Завязка — пятая глава, где появляется полицейский агент Фикс, ну и заверте…

	Лишь в начале ~~XX века~~ у некоторых авторов родилась идея, что роман можно начинать с [[Экспозиционное приключение\|экспозиционной перипетии]] или даже (страшно подумать!) с самой завязки, а цвет глаз главной героини и фасон её любимого платья, как, впрочем, и устройство дирижабля, на котором смелая девушка уже в одиночку летит на Южный полюс, — обсуждать во второй или третьей главе. Этот метод «отложенной экспозиции», по-видимому, стал в литературе конца ~~XX века~~ стандартным приёмом, причём стандартным настолько, что классические экспозиции Толстого и Диккенса мы чаще пролистываем. Когда современный автор пробует писать в классическом стиле (особенно в жанрах типа крутого детектива, зомби-апокалипсиса и боевой фантастики), нередко можно прочитать отзывы вроде: «Добрался до четвёртой главы, когда же будет мочилово? Скукота — ниасилил». Ясное дело, этот читатель — не эстет, но жанр есть жанр, целевую аудиторию надо уважать.		Лишь в начале XX века у некоторых авторов родилась идея, что роман можно начинать с [[Экспозиционное приключение\|экспозиционной перипетии]] или даже (страшно подумать!) с самой завязки, а цвет глаз главной героини и фасон её любимого платья, как, впрочем, и устройство дирижабля, на котором смелая девушка уже в одиночку летит на Южный полюс, — обсуждать во второй или третьей главе. Этот метод «отложенной экспозиции», по-видимому, стал в литературе конца XX века стандартным приёмом, причём стандартным настолько, что классические экспозиции Толстого и Диккенса мы чаще пролистываем. Когда современный автор пробует писать в классическом стиле (особенно в жанрах типа крутого детектива, зомби-апокалипсиса и боевой фантастики), нередко можно прочитать отзывы вроде: «Добрался до четвёртой главы, когда же будет мочилово? Скукота — ниасилил». Ясное дело, этот читатель — не эстет, но жанр есть жанр, целевую аудиторию надо уважать.

	Пожалуй самый изощрённый метод, как ввести аудиторию в выдуманный [[сеттинг]] без занудного [[Мистер Экспозиция\|профессора Паганеля]] или того хуже, без высыпанного на голову читателя [[Мешок информации\|Мешка информации]] придумал (вроде бы) Роберт Хайнлайн: даже завязка должна быть ''закадровой'', то есть в первой главе романа (или с первой минуты фильма) конфликт уже существует. Детали сеттинга, обстоятельства конфликта, характеристики протагониста и антагониста, и т. д. даются постепенно, по мере описания перипетий. Описание может включать [[флэшбэк]]и протагониста или [[POV]], либо появляться в виде документов, дневников, рапортов других персонажей.		Пожалуй самый изощрённый метод, как ввести аудиторию в выдуманный [[сеттинг]] без занудного [[Мистер Экспозиция\|профессора Паганеля]] или того хуже, без высыпанного на голову читателя [[Мешок информации\|Мешка информации]] придумал (вроде бы) Роберт Хайнлайн: '''даже завязка должна быть ''закадровой''''', то есть в первой главе романа (или с первой минуты фильма) конфликт уже существует. Детали сеттинга, обстоятельства конфликта, характеристики протагониста и антагониста, и т. д. даются постепенно, по мере описания перипетий. Описание может включать [[флэшбэк]]и протагониста или [[POV]], либо появляться в виде документов, дневников, рапортов других персонажей.

	Высший пилотаж хайнлайнинга — это ''закадровая кульминация'', когда всё действие уже в прошлом, а герои разбираются в причинах своих поступков.		Высший пилотаж хайнлайнинга — это ''закадровая кульминация'', когда всё действие уже в прошлом, а герои разбираются в причинах своих поступков.
Строка 30:		Строка 30:
	* [[33 несчастья\|Лемони Сникет]] тоже любит подавать детали по мере надобности.		* [[33 несчастья\|Лемони Сникет]] тоже любит подавать детали по мере надобности.
	* Алексей Паншин — «Обряд перехода» сюжетно весьма близок «Туннелю в небе».		* Алексей Паншин — «Обряд перехода» сюжетно весьма близок «Туннелю в небе».
			* Ален Дамазио, «Орда Встречного Ветра». В первой главе читатель сходу вбрасывается в ядрёный замес из [[экшен]]а и [[философический угар\|философического угара]], и только сильно погодя будут рассказаны (и очень немного — показаны) причины путешествия Орды.
	* Для Цутому Нихэя это традиционный способ повествования. [[Blame!\|Герой куда-то идёт?]] Ну идёт и идёт, а куда и зачем, нам расскажут, пока он идёт — всё равно идти ему долго, так что торопиться некуда. [[Biomega\|Герой где-то кого-то ищет?]] А кого и где? Всё в порядке — как кого-нибудь найдёт, так сам же и расскажет. [[Abara\|К герою кто-то пришёл и говорит, что его помощь очень нужна, на что герой заявляет, что со старым завязал начисто?]] А кто пришёл? С чем он завязал? Не беспокойтесь — страниц ещё много, так что о прошлом героя рассказать ещё успеют.		* Для Цутому Нихэя это традиционный способ повествования. [[Blame!\|Герой куда-то идёт?]] Ну идёт и идёт, а куда и зачем, нам расскажут, пока он идёт — всё равно идти ему долго, так что торопиться некуда. [[Biomega\|Герой где-то кого-то ищет?]] А кого и где? Всё в порядке — как кого-нибудь найдёт, так сам же и расскажет. [[Abara\|К герою кто-то пришёл и говорит, что его помощь очень нужна, на что герой заявляет, что со старым завязал начисто?]] А кто пришёл? С чем он завязал? Не беспокойтесь — страниц ещё много, так что о прошлом героя рассказать ещё успеют.
	* Этим же приёмом не в пример лучше владеет Хаясида Кью. В [[Dorohedoro]] сюжет и сеттинг примерно такие же мозголомные, но в отличие от Нихэя, всё понятно с первого раза.		* Этим же приёмом не в пример лучше владеет Хаясида Кью. В [[Dorohedoro]] сюжет и сеттинг примерно такие же мозголомные, но в отличие от Нихэя, всё понятно с первого раза.

Илай Джавуд: /* Кодификатор */

2025-04-19T14:42:31Z

Кодификатор

← Предыдущая		Версия 17:42, 19 апреля 2025
Строка 19:		Строка 19:
	* «Туннель в небе».		* «Туннель в небе».
	* «Марсианка Подкейн».		* «Марсианка Подкейн».
	* [[~~The Moon Is A Harsh Mistress~~\|«Луна жёстко стелет»/~~«Луна —~~ суровая хозяйка»]].		* [[Луна — суровая хозяйка\|«Луна жёстко стелет»/«Луна — суровая хозяйка»]].
	* И вообще почти всё написанное.		* И вообще почти всё написанное.

95.24.41.104: /* Кодификатор */

2025-04-19T14:32:50Z

Кодификатор

← Предыдущая		Версия 17:32, 19 апреля 2025
Строка 19:		Строка 19:
	* «Туннель в небе».		* «Туннель в небе».
	* «Марсианка Подкейн».		* «Марсианка Подкейн».
	* «Луна жёстко стелет»/~~«Луна —~~ суровая хозяйка».		* [[The Moon Is A Harsh Mistress\|«Луна жёстко стелет»/«Луна — суровая хозяйка»]].
	* И вообще почти всё написанное.		* И вообще почти всё написанное.

ЗаяцВолк в 12:01, 6 февраля 2025

2025-02-06T12:01:31Z

← Предыдущая		Версия 15:01, 6 февраля 2025
Строка 2:		Строка 2:
	[[Файл:Heinlein.png\|240px\|thumb\|right\|А на доске — какая-то математика]]		[[Файл:Heinlein.png\|240px\|thumb\|right\|А на доске — какая-то математика]]
	{{Q\|Мы никогда особо не помним начало сна, ведь так? Мы всегда оказываемся прямо внутри того, что происходит.\|Кобб из «[[Inception\|Внедрения]]» поясняет суть тропа}}		{{Q\|Мы никогда особо не помним начало сна, ведь так? Мы всегда оказываемся прямо внутри того, что происходит.\|Кобб из «[[Inception\|Внедрения]]» поясняет суть тропа}}
	Классическая схема романа: [[экспозиция]] — [[завязка]] — перипетии — кульминация — развязка — и (как опция) заключение с [[~~Приложение~~]]ом. В XIX веке авторы обычно начинали повествование с описания внешности, повадок и обстоятельств протагониста и его окружения. Вспомним у [[Jules Verne\|Жюля Верна]]: «В доме номер семь на Сэвиль-роу, Берлингтон Гарден, — в том самом доме, где в 1814 году умер Шеридан, — в 1872 году проживал Филеас Фогг, эсквайр…» — и так далее, две полные главы. В третьей главе скромно намечается нечто, называемое в нашем скоростном XXI веке голливудским словечком action, но дальше диалогов дело пока не идёт. Завязка — пятая глава, где появляется полицейский агент Фикс, ну и заверте…		Классическая схема романа: [[экспозиция]] — [[завязка]] — перипетии — кульминация — развязка — и (как опция) заключение с [[приложение]]м. В XIX веке авторы обычно начинали повествование с описания внешности, повадок и обстоятельств протагониста и его окружения. Вспомним у [[Jules Verne\|Жюля Верна]]: «В доме номер семь на Сэвиль-роу, Берлингтон Гарден, — в том самом доме, где в 1814 году умер Шеридан, — в 1872 году проживал Филеас Фогг, эсквайр…» — и так далее, две полные главы. В третьей главе скромно намечается нечто, называемое в нашем скоростном XXI веке голливудским словечком action, но дальше диалогов дело пока не идёт. Завязка — пятая глава, где появляется полицейский агент Фикс, ну и заверте…

	Лишь в начале XX века у некоторых авторов родилась идея, что роман можно начинать с [[Экспозиционное приключение\|экспозиционной перипетии]] или даже (страшно подумать!) с самой завязки, а цвет глаз главной героини и фасон её любимого платья, как, впрочем, и устройство дирижабля, на котором смелая девушка уже в одиночку летит на Южный полюс, — обсуждать во второй или третьей главе. Этот метод «отложенной экспозиции», по-видимому, стал в литературе конца XX века стандартным приёмом, причём стандартным настолько, что классические экспозиции Толстого и Диккенса мы чаще пролистываем. Когда современный автор пробует писать в классическом стиле (особенно в жанрах типа крутого детектива, зомби-апокалипсиса и боевой фантастики), нередко можно прочитать отзывы вроде: «Добрался до четвёртой главы, когда же будет мочилово? Скукота — ниасилил». Ясное дело, этот читатель — не эстет, но жанр есть жанр, целевую аудиторию надо уважать.		Лишь в начале XX века у некоторых авторов родилась идея, что роман можно начинать с [[Экспозиционное приключение\|экспозиционной перипетии]] или даже (страшно подумать!) с самой завязки, а цвет глаз главной героини и фасон её любимого платья, как, впрочем, и устройство дирижабля, на котором смелая девушка уже в одиночку летит на Южный полюс, — обсуждать во второй или третьей главе. Этот метод «отложенной экспозиции», по-видимому, стал в литературе конца XX века стандартным приёмом, причём стандартным настолько, что классические экспозиции Толстого и Диккенса мы чаще пролистываем. Когда современный автор пробует писать в классическом стиле (особенно в жанрах типа крутого детектива, зомби-апокалипсиса и боевой фантастики), нередко можно прочитать отзывы вроде: «Добрался до четвёртой главы, когда же будет мочилово? Скукота — ниасилил». Ясное дело, этот читатель — не эстет, но жанр есть жанр, целевую аудиторию надо уважать.

ЗаяцВолк в 12:01, 6 февраля 2025

2025-02-06T12:01:15Z

← Предыдущая		Версия 15:01, 6 февраля 2025
Строка 2:		Строка 2:
	[[Файл:Heinlein.png\|240px\|thumb\|right\|А на доске — какая-то математика]]		[[Файл:Heinlein.png\|240px\|thumb\|right\|А на доске — какая-то математика]]
	{{Q\|Мы никогда особо не помним начало сна, ведь так? Мы всегда оказываемся прямо внутри того, что происходит.\|Кобб из «[[Inception\|Внедрения]]» поясняет суть тропа}}		{{Q\|Мы никогда особо не помним начало сна, ведь так? Мы всегда оказываемся прямо внутри того, что происходит.\|Кобб из «[[Inception\|Внедрения]]» поясняет суть тропа}}
	Классическая схема романа: [[экспозиция]] — [[завязка]] — перипетии — кульминация — развязка — и (как опция) заключение с [[~~аппендикс~~]]ом. В XIX веке авторы обычно начинали повествование с описания внешности, повадок и обстоятельств протагониста и его окружения. Вспомним у [[Jules Verne\|Жюля Верна]]: «В доме номер семь на Сэвиль-роу, Берлингтон Гарден, — в том самом доме, где в 1814 году умер Шеридан, — в 1872 году проживал Филеас Фогг, эсквайр…» — и так далее, две полные главы. В третьей главе скромно намечается нечто, называемое в нашем скоростном XXI веке голливудским словечком action, но дальше диалогов дело пока не идёт. Завязка — пятая глава, где появляется полицейский агент Фикс, ну и заверте…		Классическая схема романа: [[экспозиция]] — [[завязка]] — перипетии — кульминация — развязка — и (как опция) заключение с [[Приложение]]ом. В XIX веке авторы обычно начинали повествование с описания внешности, повадок и обстоятельств протагониста и его окружения. Вспомним у [[Jules Verne\|Жюля Верна]]: «В доме номер семь на Сэвиль-роу, Берлингтон Гарден, — в том самом доме, где в 1814 году умер Шеридан, — в 1872 году проживал Филеас Фогг, эсквайр…» — и так далее, две полные главы. В третьей главе скромно намечается нечто, называемое в нашем скоростном XXI веке голливудским словечком action, но дальше диалогов дело пока не идёт. Завязка — пятая глава, где появляется полицейский агент Фикс, ну и заверте…

	Лишь в начале XX века у некоторых авторов родилась идея, что роман можно начинать с [[Экспозиционное приключение\|экспозиционной перипетии]] или даже (страшно подумать!) с самой завязки, а цвет глаз главной героини и фасон её любимого платья, как, впрочем, и устройство дирижабля, на котором смелая девушка уже в одиночку летит на Южный полюс, — обсуждать во второй или третьей главе. Этот метод «отложенной экспозиции», по-видимому, стал в литературе конца XX века стандартным приёмом, причём стандартным настолько, что классические экспозиции Толстого и Диккенса мы чаще пролистываем. Когда современный автор пробует писать в классическом стиле (особенно в жанрах типа крутого детектива, зомби-апокалипсиса и боевой фантастики), нередко можно прочитать отзывы вроде: «Добрался до четвёртой главы, когда же будет мочилово? Скукота — ниасилил». Ясное дело, этот читатель — не эстет, но жанр есть жанр, целевую аудиторию надо уважать.		Лишь в начале XX века у некоторых авторов родилась идея, что роман можно начинать с [[Экспозиционное приключение\|экспозиционной перипетии]] или даже (страшно подумать!) с самой завязки, а цвет глаз главной героини и фасон её любимого платья, как, впрочем, и устройство дирижабля, на котором смелая девушка уже в одиночку летит на Южный полюс, — обсуждать во второй или третьей главе. Этот метод «отложенной экспозиции», по-видимому, стал в литературе конца XX века стандартным приёмом, причём стандартным настолько, что классические экспозиции Толстого и Диккенса мы чаще пролистываем. Когда современный автор пробует писать в классическом стиле (особенно в жанрах типа крутого детектива, зомби-апокалипсиса и боевой фантастики), нередко можно прочитать отзывы вроде: «Добрался до четвёртой главы, когда же будет мочилово? Скукота — ниасилил». Ясное дело, этот читатель — не эстет, но жанр есть жанр, целевую аудиторию надо уважать.

Лилит: /* Примеры */ Вроде как это выдумка, они вместе не работали.

2025-01-15T13:31:58Z

Примеры: Вроде как это выдумка, они вместе не работали.

← Предыдущая		Версия 16:31, 15 января 2025
Строка 31:		Строка 31:
	* Алексей Паншин — «Обряд перехода» сюжетно весьма близок «Туннелю в небе».		* Алексей Паншин — «Обряд перехода» сюжетно весьма близок «Туннелю в небе».
	* Для Цутому Нихэя это традиционный способ повествования. [[Blame!\|Герой куда-то идёт?]] Ну идёт и идёт, а куда и зачем, нам расскажут, пока он идёт — всё равно идти ему долго, так что торопиться некуда. [[Biomega\|Герой где-то кого-то ищет?]] А кого и где? Всё в порядке — как кого-нибудь найдёт, так сам же и расскажет. [[Abara\|К герою кто-то пришёл и говорит, что его помощь очень нужна, на что герой заявляет, что со старым завязал начисто?]] А кто пришёл? С чем он завязал? Не беспокойтесь — страниц ещё много, так что о прошлом героя рассказать ещё успеют.		* Для Цутому Нихэя это традиционный способ повествования. [[Blame!\|Герой куда-то идёт?]] Ну идёт и идёт, а куда и зачем, нам расскажут, пока он идёт — всё равно идти ему долго, так что торопиться некуда. [[Biomega\|Герой где-то кого-то ищет?]] А кого и где? Всё в порядке — как кого-нибудь найдёт, так сам же и расскажет. [[Abara\|К герою кто-то пришёл и говорит, что его помощь очень нужна, на что герой заявляет, что со старым завязал начисто?]] А кто пришёл? С чем он завязал? Не беспокойтесь — страниц ещё много, так что о прошлом героя рассказать ещё успеют.
	** Этим же приёмом не в пример лучше владеет ~~его ученица~~ Хаясида Кью. В [[Dorohedoro]] сюжет и сеттинг примерно такие же мозголомные, но в отличие от Нихэя, всё понятно с первого раза.		* Этим же приёмом не в пример лучше владеет Хаясида Кью. В [[Dorohedoro]] сюжет и сеттинг примерно такие же мозголомные, но в отличие от Нихэя, всё понятно с первого раза.

	=== Не литература ===		=== Не литература ===

Valen Danoran в 19:01, 11 января 2025

2025-01-11T19:01:17Z

← Предыдущая		Версия 22:01, 11 января 2025
Строка 1:		Строка 1:
	{{Вкратце\|Хайнлайнинг aka закадровая завязка — метод подачи экспозиции произведения малыми порциями, вплоть до самой кульминации.}}		{{Вкратце\|Хайнлайнинг aka закадровая завязка — метод подачи экспозиции произведения малыми порциями, вплоть до самой кульминации.}}
	[[Файл:Heinlein.png\|240px\|thumb\|right\|А на доске — какая-то математика]]		[[Файл:Heinlein.png\|240px\|thumb\|right\|А на доске — какая-то математика]]
			{{Q\|Мы никогда особо не помним начало сна, ведь так? Мы всегда оказываемся прямо внутри того, что происходит.\|Кобб из «[[Inception\|Внедрения]]» поясняет суть тропа}}
	Классическая схема романа: [[экспозиция]] — [[завязка]] — перипетии — кульминация — развязка — и (как опция) заключение с [[аппендикс]]ом. В XIX веке авторы обычно начинали повествование с описания внешности, повадок и обстоятельств протагониста и его окружения. Вспомним у [[Jules Verne\|Жюля Верна]]: «В доме номер семь на Сэвиль-роу, Берлингтон Гарден, — в том самом доме, где в 1814 году умер Шеридан, — в 1872 году проживал Филеас Фогг, эсквайр…» — и так далее, две полные главы. В третьей главе скромно намечается нечто, называемое в нашем скоростном XXI веке голливудским словечком action, но дальше диалогов дело пока не идёт. Завязка — пятая глава, где появляется полицейский агент Фикс, ну и заверте…		Классическая схема романа: [[экспозиция]] — [[завязка]] — перипетии — кульминация — развязка — и (как опция) заключение с [[аппендикс]]ом. В XIX веке авторы обычно начинали повествование с описания внешности, повадок и обстоятельств протагониста и его окружения. Вспомним у [[Jules Verne\|Жюля Верна]]: «В доме номер семь на Сэвиль-роу, Берлингтон Гарден, — в том самом доме, где в 1814 году умер Шеридан, — в 1872 году проживал Филеас Фогг, эсквайр…» — и так далее, две полные главы. В третьей главе скромно намечается нечто, называемое в нашем скоростном XXI веке голливудским словечком action, но дальше диалогов дело пока не идёт. Завязка — пятая глава, где появляется полицейский агент Фикс, ну и заверте…

Строка 35:		Строка 36:
	* Характерное явление для [[мироцентричный сеттинг\|мироцентричных сеттингов]]. История началась до появления героев и продолжится после их исчезновения.		* Характерное явление для [[мироцентричный сеттинг\|мироцентричных сеттингов]]. История началась до появления героев и продолжится после их исчезновения.
	* Игры серии [[The Elder Scrolls]], начиная с [[Morrowind]], довольно скупы на экспозицию в самом начале повествования. Дагот Ур уже насылает мор и корпрус, вторжение даэдра в Тамриэль уже началось, Империя и Братья Бури уже воюют. Вся информация подаётся через реплики NPC и обильно разбросанную по огромному открытому миру литературу… которые при этом ещё запросто могут [[Ненадёжный рассказчик\|заблуждаться или врать]].		* Игры серии [[The Elder Scrolls]], начиная с [[Morrowind]], довольно скупы на экспозицию в самом начале повествования. Дагот Ур уже насылает мор и корпрус, вторжение даэдра в Тамриэль уже началось, Империя и Братья Бури уже воюют. Вся информация подаётся через реплики NPC и обильно разбросанную по огромному открытому миру литературу… которые при этом ещё запросто могут [[Ненадёжный рассказчик\|заблуждаться или врать]].
			* Сновидения. Вспомнить их начало физически невозможно, потому что его нет.

	{{stub}}		{{stub}}
	{{Nav/Сюжет}}		{{Nav/Сюжет}}

188.113.10.139: /* Кодификатор */

2024-12-17T18:22:34Z

Кодификатор

← Предыдущая		Версия 21:22, 17 декабря 2024
Строка 18:		Строка 18:
	* «Туннель в небе».		* «Туннель в небе».
	* «Марсианка Подкейн».		* «Марсианка Подкейн».
	* «Луна жёстко стелет».		* «Луна жёстко стелет»/«Луна — суровая хозяйка».
	* И вообще почти всё написанное.		* И вообще почти всё написанное.

Valen Danoran: /* Примеры */

2024-03-04T18:19:41Z

Примеры

← Предыдущая		Версия 21:19, 4 марта 2024
Строка 31:		Строка 31:
	* Для Цутому Нихэя это традиционный способ повествования. [[Blame!\|Герой куда-то идёт?]] Ну идёт и идёт, а куда и зачем, нам расскажут, пока он идёт — всё равно идти ему долго, так что торопиться некуда. [[Biomega\|Герой где-то кого-то ищет?]] А кого и где? Всё в порядке — как кого-нибудь найдёт, так сам же и расскажет. [[Abara\|К герою кто-то пришёл и говорит, что его помощь очень нужна, на что герой заявляет, что со старым завязал начисто?]] А кто пришёл? С чем он завязал? Не беспокойтесь — страниц ещё много, так что о прошлом героя рассказать ещё успеют.		* Для Цутому Нихэя это традиционный способ повествования. [[Blame!\|Герой куда-то идёт?]] Ну идёт и идёт, а куда и зачем, нам расскажут, пока он идёт — всё равно идти ему долго, так что торопиться некуда. [[Biomega\|Герой где-то кого-то ищет?]] А кого и где? Всё в порядке — как кого-нибудь найдёт, так сам же и расскажет. [[Abara\|К герою кто-то пришёл и говорит, что его помощь очень нужна, на что герой заявляет, что со старым завязал начисто?]] А кто пришёл? С чем он завязал? Не беспокойтесь — страниц ещё много, так что о прошлом героя рассказать ещё успеют.
	** Этим же приёмом не в пример лучше владеет его ученица Хаясида Кью. В [[Dorohedoro]] сюжет и сеттинг примерно такие же мозголомные, но в отличие от Нихэя, всё понятно с первого раза.		** Этим же приёмом не в пример лучше владеет его ученица Хаясида Кью. В [[Dorohedoro]] сюжет и сеттинг примерно такие же мозголомные, но в отличие от Нихэя, всё понятно с первого раза.

			=== Не литература ===
			* Характерное явление для [[мироцентричный сеттинг\|мироцентричных сеттингов]]. История началась до появления героев и продолжится после их исчезновения.
			* Игры серии [[The Elder Scrolls]], начиная с [[Morrowind]], довольно скупы на экспозицию в самом начале повествования. Дагот Ур уже насылает мор и корпрус, вторжение даэдра в Тамриэль уже началось, Империя и Братья Бури уже воюют. Вся информация подаётся через реплики NPC и обильно разбросанную по огромному открытому миру литературу… которые при этом ещё запросто могут [[Ненадёжный рассказчик\|заблуждаться или врать]].

	{{stub}}		{{stub}}
	{{Nav/Сюжет}}		{{Nav/Сюжет}}

Fox: 1 версия импортирована

2022-05-07T14:06:16Z

1 версия импортирована

← Предыдущая

Версия 17:06, 7 мая 2022

← Предыдущая		Версия 13:26, 5 марта 2026
Строка 2:		Строка 2:
	[[Файл:Heinlein.png\|240px\|thumb\|right\|А на доске — какая-то математика]]		[[Файл:Heinlein.png\|240px\|thumb\|right\|А на доске — какая-то математика]]
	{{Q\|Мы никогда особо не помним начало сна, ведь так? Мы всегда оказываемся прямо внутри того, что происходит.\|Кобб из «[[Inception\|Внедрения]]» поясняет суть тропа}}		{{Q\|Мы никогда особо не помним начало сна, ведь так? Мы всегда оказываемся прямо внутри того, что происходит.\|Кобб из «[[Inception\|Внедрения]]» поясняет суть тропа}}
	Классическая схема романа: [[экспозиция]] — [[завязка]] — перипетии — кульминация — развязка — и (как опция) заключение с [[приложение]]м. В ~~XIX веке~~ авторы обычно начинали повествование с описания внешности, повадок и обстоятельств протагониста и его окружения. Вспомним у [[Jules Verne\|Жюля Верна]]: «В доме номер семь на Сэвиль-роу, Берлингтон Гарден, — в том самом доме, где в ~~1814 году~~ умер Шеридан, — в ~~1872 году~~ проживал Филеас Фогг, эсквайр…» — и так далее, две полные главы. В третьей главе скромно намечается нечто, называемое в нашем скоростном ~~XXI веке~~ голливудским словечком action, но дальше диалогов дело пока не идёт. Завязка — пятая глава, где появляется полицейский агент Фикс, ну и заверте…		Классическая схема романа: [[экспозиция]] — [[завязка]] — перипетии — кульминация — развязка — и (как опция) заключение с [[приложение]]м. В XIX веке авторы обычно начинали повествование с описания внешности, повадок и обстоятельств протагониста и его окружения. Вспомним у [[Jules Verne\|Жюля Верна]]: «В доме номер семь на Сэвиль-роу, Берлингтон Гарден, — в том самом доме, где в 1814 году умер Шеридан, — в 1872 году проживал Филеас Фогг, эсквайр…» — и так далее, две полные главы. В третьей главе скромно намечается нечто, называемое в нашем скоростном XXI веке голливудским словечком action, но дальше диалогов дело пока не идёт. Завязка — пятая глава, где появляется полицейский агент Фикс, ну и заверте…

	Лишь в начале ~~XX века~~ у некоторых авторов родилась идея, что роман можно начинать с [[Экспозиционное приключение\|экспозиционной перипетии]] или даже (страшно подумать!) с самой завязки, а цвет глаз главной героини и фасон её любимого платья, как, впрочем, и устройство дирижабля, на котором смелая девушка уже в одиночку летит на Южный полюс, — обсуждать во второй или третьей главе. Этот метод «отложенной экспозиции», по-видимому, стал в литературе конца ~~XX века~~ стандартным приёмом, причём стандартным настолько, что классические экспозиции Толстого и Диккенса мы чаще пролистываем. Когда современный автор пробует писать в классическом стиле (особенно в жанрах типа крутого детектива, зомби-апокалипсиса и боевой фантастики), нередко можно прочитать отзывы вроде: «Добрался до четвёртой главы, когда же будет мочилово? Скукота — ниасилил». Ясное дело, этот читатель — не эстет, но жанр есть жанр, целевую аудиторию надо уважать.		Лишь в начале XX века у некоторых авторов родилась идея, что роман можно начинать с [[Экспозиционное приключение\|экспозиционной перипетии]] или даже (страшно подумать!) с самой завязки, а цвет глаз главной героини и фасон её любимого платья, как, впрочем, и устройство дирижабля, на котором смелая девушка уже в одиночку летит на Южный полюс, — обсуждать во второй или третьей главе. Этот метод «отложенной экспозиции», по-видимому, стал в литературе конца XX века стандартным приёмом, причём стандартным настолько, что классические экспозиции Толстого и Диккенса мы чаще пролистываем. Когда современный автор пробует писать в классическом стиле (особенно в жанрах типа крутого детектива, зомби-апокалипсиса и боевой фантастики), нередко можно прочитать отзывы вроде: «Добрался до четвёртой главы, когда же будет мочилово? Скукота — ниасилил». Ясное дело, этот читатель — не эстет, но жанр есть жанр, целевую аудиторию надо уважать.

	Пожалуй самый изощрённый метод, как ввести аудиторию в выдуманный [[сеттинг]] без занудного [[Мистер Экспозиция\|профессора Паганеля]] или того хуже, без высыпанного на голову читателя [[Мешок информации\|Мешка информации]] придумал (вроде бы) Роберт Хайнлайн: даже завязка должна быть ''закадровой'', то есть в первой главе романа (или с первой минуты фильма) конфликт уже существует. Детали сеттинга, обстоятельства конфликта, характеристики протагониста и антагониста, и т. д. даются постепенно, по мере описания перипетий. Описание может включать [[флэшбэк]]и протагониста или [[POV]], либо появляться в виде документов, дневников, рапортов других персонажей.		Пожалуй самый изощрённый метод, как ввести аудиторию в выдуманный [[сеттинг]] без занудного [[Мистер Экспозиция\|профессора Паганеля]] или того хуже, без высыпанного на голову читателя [[Мешок информации\|Мешка информации]] придумал (вроде бы) Роберт Хайнлайн: '''даже завязка должна быть ''закадровой''''', то есть в первой главе романа (или с первой минуты фильма) конфликт уже существует. Детали сеттинга, обстоятельства конфликта, характеристики протагониста и антагониста, и т. д. даются постепенно, по мере описания перипетий. Описание может включать [[флэшбэк]]и протагониста или [[POV]], либо появляться в виде документов, дневников, рапортов других персонажей.

	Высший пилотаж хайнлайнинга — это ''закадровая кульминация'', когда всё действие уже в прошлом, а герои разбираются в причинах своих поступков.		Высший пилотаж хайнлайнинга — это ''закадровая кульминация'', когда всё действие уже в прошлом, а герои разбираются в причинах своих поступков.
Строка 30:		Строка 30:
	* [[33 несчастья\|Лемони Сникет]] тоже любит подавать детали по мере надобности.		* [[33 несчастья\|Лемони Сникет]] тоже любит подавать детали по мере надобности.
	* Алексей Паншин — «Обряд перехода» сюжетно весьма близок «Туннелю в небе».		* Алексей Паншин — «Обряд перехода» сюжетно весьма близок «Туннелю в небе».
			* Ален Дамазио, «Орда Встречного Ветра». В первой главе читатель сходу вбрасывается в ядрёный замес из [[экшен]]а и [[философический угар\|философического угара]], и только сильно погодя будут рассказаны (и очень немного — показаны) причины путешествия Орды.
	* Для Цутому Нихэя это традиционный способ повествования. [[Blame!\|Герой куда-то идёт?]] Ну идёт и идёт, а куда и зачем, нам расскажут, пока он идёт — всё равно идти ему долго, так что торопиться некуда. [[Biomega\|Герой где-то кого-то ищет?]] А кого и где? Всё в порядке — как кого-нибудь найдёт, так сам же и расскажет. [[Abara\|К герою кто-то пришёл и говорит, что его помощь очень нужна, на что герой заявляет, что со старым завязал начисто?]] А кто пришёл? С чем он завязал? Не беспокойтесь — страниц ещё много, так что о прошлом героя рассказать ещё успеют.		* Для Цутому Нихэя это традиционный способ повествования. [[Blame!\|Герой куда-то идёт?]] Ну идёт и идёт, а куда и зачем, нам расскажут, пока он идёт — всё равно идти ему долго, так что торопиться некуда. [[Biomega\|Герой где-то кого-то ищет?]] А кого и где? Всё в порядке — как кого-нибудь найдёт, так сам же и расскажет. [[Abara\|К герою кто-то пришёл и говорит, что его помощь очень нужна, на что герой заявляет, что со старым завязал начисто?]] А кто пришёл? С чем он завязал? Не беспокойтесь — страниц ещё много, так что о прошлом героя рассказать ещё успеют.
	* Этим же приёмом не в пример лучше владеет Хаясида Кью. В [[Dorohedoro]] сюжет и сеттинг примерно такие же мозголомные, но в отличие от Нихэя, всё понятно с первого раза.		* Этим же приёмом не в пример лучше владеет Хаясида Кью. В [[Dorohedoro]] сюжет и сеттинг примерно такие же мозголомные, но в отличие от Нихэя, всё понятно с первого раза.

← Предыдущая		Версия 15:01, 6 февраля 2025
Строка 2:		Строка 2:
	[[Файл:Heinlein.png\|240px\|thumb\|right\|А на доске — какая-то математика]]		[[Файл:Heinlein.png\|240px\|thumb\|right\|А на доске — какая-то математика]]
	{{Q\|Мы никогда особо не помним начало сна, ведь так? Мы всегда оказываемся прямо внутри того, что происходит.\|Кобб из «[[Inception\|Внедрения]]» поясняет суть тропа}}		{{Q\|Мы никогда особо не помним начало сна, ведь так? Мы всегда оказываемся прямо внутри того, что происходит.\|Кобб из «[[Inception\|Внедрения]]» поясняет суть тропа}}
	Классическая схема романа: [[экспозиция]] — [[завязка]] — перипетии — кульминация — развязка — и (как опция) заключение с [[~~Приложение~~]]ом. В XIX веке авторы обычно начинали повествование с описания внешности, повадок и обстоятельств протагониста и его окружения. Вспомним у [[Jules Verne\|Жюля Верна]]: «В доме номер семь на Сэвиль-роу, Берлингтон Гарден, — в том самом доме, где в 1814 году умер Шеридан, — в 1872 году проживал Филеас Фогг, эсквайр…» — и так далее, две полные главы. В третьей главе скромно намечается нечто, называемое в нашем скоростном XXI веке голливудским словечком action, но дальше диалогов дело пока не идёт. Завязка — пятая глава, где появляется полицейский агент Фикс, ну и заверте…		Классическая схема романа: [[экспозиция]] — [[завязка]] — перипетии — кульминация — развязка — и (как опция) заключение с [[приложение]]м. В XIX веке авторы обычно начинали повествование с описания внешности, повадок и обстоятельств протагониста и его окружения. Вспомним у [[Jules Verne\|Жюля Верна]]: «В доме номер семь на Сэвиль-роу, Берлингтон Гарден, — в том самом доме, где в 1814 году умер Шеридан, — в 1872 году проживал Филеас Фогг, эсквайр…» — и так далее, две полные главы. В третьей главе скромно намечается нечто, называемое в нашем скоростном XXI веке голливудским словечком action, но дальше диалогов дело пока не идёт. Завязка — пятая глава, где появляется полицейский агент Фикс, ну и заверте…

	Лишь в начале XX века у некоторых авторов родилась идея, что роман можно начинать с [[Экспозиционное приключение\|экспозиционной перипетии]] или даже (страшно подумать!) с самой завязки, а цвет глаз главной героини и фасон её любимого платья, как, впрочем, и устройство дирижабля, на котором смелая девушка уже в одиночку летит на Южный полюс, — обсуждать во второй или третьей главе. Этот метод «отложенной экспозиции», по-видимому, стал в литературе конца XX века стандартным приёмом, причём стандартным настолько, что классические экспозиции Толстого и Диккенса мы чаще пролистываем. Когда современный автор пробует писать в классическом стиле (особенно в жанрах типа крутого детектива, зомби-апокалипсиса и боевой фантастики), нередко можно прочитать отзывы вроде: «Добрался до четвёртой главы, когда же будет мочилово? Скукота — ниасилил». Ясное дело, этот читатель — не эстет, но жанр есть жанр, целевую аудиторию надо уважать.		Лишь в начале XX века у некоторых авторов родилась идея, что роман можно начинать с [[Экспозиционное приключение\|экспозиционной перипетии]] или даже (страшно подумать!) с самой завязки, а цвет глаз главной героини и фасон её любимого платья, как, впрочем, и устройство дирижабля, на котором смелая девушка уже в одиночку летит на Южный полюс, — обсуждать во второй или третьей главе. Этот метод «отложенной экспозиции», по-видимому, стал в литературе конца XX века стандартным приёмом, причём стандартным настолько, что классические экспозиции Толстого и Диккенса мы чаще пролистываем. Когда современный автор пробует писать в классическом стиле (особенно в жанрах типа крутого детектива, зомби-апокалипсиса и боевой фантастики), нередко можно прочитать отзывы вроде: «Добрался до четвёртой главы, когда же будет мочилово? Скукота — ниасилил». Ясное дело, этот читатель — не эстет, но жанр есть жанр, целевую аудиторию надо уважать.

← Предыдущая		Версия 15:01, 6 февраля 2025
Строка 2:		Строка 2:
	[[Файл:Heinlein.png\|240px\|thumb\|right\|А на доске — какая-то математика]]		[[Файл:Heinlein.png\|240px\|thumb\|right\|А на доске — какая-то математика]]
	{{Q\|Мы никогда особо не помним начало сна, ведь так? Мы всегда оказываемся прямо внутри того, что происходит.\|Кобб из «[[Inception\|Внедрения]]» поясняет суть тропа}}		{{Q\|Мы никогда особо не помним начало сна, ведь так? Мы всегда оказываемся прямо внутри того, что происходит.\|Кобб из «[[Inception\|Внедрения]]» поясняет суть тропа}}
	Классическая схема романа: [[экспозиция]] — [[завязка]] — перипетии — кульминация — развязка — и (как опция) заключение с [[~~аппендикс~~]]ом. В XIX веке авторы обычно начинали повествование с описания внешности, повадок и обстоятельств протагониста и его окружения. Вспомним у [[Jules Verne\|Жюля Верна]]: «В доме номер семь на Сэвиль-роу, Берлингтон Гарден, — в том самом доме, где в 1814 году умер Шеридан, — в 1872 году проживал Филеас Фогг, эсквайр…» — и так далее, две полные главы. В третьей главе скромно намечается нечто, называемое в нашем скоростном XXI веке голливудским словечком action, но дальше диалогов дело пока не идёт. Завязка — пятая глава, где появляется полицейский агент Фикс, ну и заверте…		Классическая схема романа: [[экспозиция]] — [[завязка]] — перипетии — кульминация — развязка — и (как опция) заключение с [[Приложение]]ом. В XIX веке авторы обычно начинали повествование с описания внешности, повадок и обстоятельств протагониста и его окружения. Вспомним у [[Jules Verne\|Жюля Верна]]: «В доме номер семь на Сэвиль-роу, Берлингтон Гарден, — в том самом доме, где в 1814 году умер Шеридан, — в 1872 году проживал Филеас Фогг, эсквайр…» — и так далее, две полные главы. В третьей главе скромно намечается нечто, называемое в нашем скоростном XXI веке голливудским словечком action, но дальше диалогов дело пока не идёт. Завязка — пятая глава, где появляется полицейский агент Фикс, ну и заверте…

	Лишь в начале XX века у некоторых авторов родилась идея, что роман можно начинать с [[Экспозиционное приключение\|экспозиционной перипетии]] или даже (страшно подумать!) с самой завязки, а цвет глаз главной героини и фасон её любимого платья, как, впрочем, и устройство дирижабля, на котором смелая девушка уже в одиночку летит на Южный полюс, — обсуждать во второй или третьей главе. Этот метод «отложенной экспозиции», по-видимому, стал в литературе конца XX века стандартным приёмом, причём стандартным настолько, что классические экспозиции Толстого и Диккенса мы чаще пролистываем. Когда современный автор пробует писать в классическом стиле (особенно в жанрах типа крутого детектива, зомби-апокалипсиса и боевой фантастики), нередко можно прочитать отзывы вроде: «Добрался до четвёртой главы, когда же будет мочилово? Скукота — ниасилил». Ясное дело, этот читатель — не эстет, но жанр есть жанр, целевую аудиторию надо уважать.		Лишь в начале XX века у некоторых авторов родилась идея, что роман можно начинать с [[Экспозиционное приключение\|экспозиционной перипетии]] или даже (страшно подумать!) с самой завязки, а цвет глаз главной героини и фасон её любимого платья, как, впрочем, и устройство дирижабля, на котором смелая девушка уже в одиночку летит на Южный полюс, — обсуждать во второй или третьей главе. Этот метод «отложенной экспозиции», по-видимому, стал в литературе конца XX века стандартным приёмом, причём стандартным настолько, что классические экспозиции Толстого и Диккенса мы чаще пролистываем. Когда современный автор пробует писать в классическом стиле (особенно в жанрах типа крутого детектива, зомби-апокалипсиса и боевой фантастики), нередко можно прочитать отзывы вроде: «Добрался до четвёртой главы, когда же будет мочилово? Скукота — ниасилил». Ясное дело, этот читатель — не эстет, но жанр есть жанр, целевую аудиторию надо уважать.