Чудо одного трека

Сонная Лощина
Общая информация
Жанр	Ужасы Детектив
Страна производства	США
Киностудия	Paramount Pictures American Zoetrope Karol Film Productions
Режиссёр	Тим Бёртон
Автор сценария	Кевин Ягер Эндрю Кевин Уокер
Когда вышел	1999 г.
Продолжительность	106 минут
В главных ролях:
Джонни Депп	Икабод Крейн
Кристина Риччи	Катрина Ван Тассел
Марк Пикеринг	юный Мэсбит
Миранда Ричардсон	леди Ван Тассел
Майкл Гэмбон	Балтус Ван Тассел
Джеффри Джонс	преподобный Стинвик
Ричард Гриффитс	магистрат Филлипс
Иэн Макдайармид	доктор Ланкастер
Майкл Гоф	нотариус Харденбрук
Мартин Ландау	Питер Ван Гаррет
Каспер Ван Дин	Бром Ван Брандт
Кристофер Уокен/Рэй Парк	Всадник без головы
Питер Гиннес	отец Икабода
Лиза Мэри	мать Икабода
Кристофер Ли	бургомистр Нью-Йорка

«	Вы можете запереть двери. Вы можете закрыть окна. Но сможете ли вы пережить эту ночь?	»
— Слоган фильма

«Сонная Лощина» (англ. Sleepy Hollow, надм. «Дремлющая пустота») — готический фильм ужасов Тима Бёртона очень сильно по мотивам классической новеллы Вашингтона Ирвинга, один из наиболее ярких представителей недолговечной эпохи хоррор-блокбастеров.

Идея экранизировать классику «страшного рассказа» принадлежала мастеру по спецэффектам и режиссёру нескольких эпизодов «Баек из склепа» Кевину Ягеру, который с 1993 года разрабатывал её вместе с Эндрю Кевином Уокером, известным по знаменитому триллеру «Семь». Именно этим двоим принадлежит идея превратить долговязого школьного учителя из Коннектикута в нью-йоркского констебля. Согласно изначальному замыслу предполагалось снять не слишком дорогой слэшер, в котором убийства происходили бы примерно каждые пять минут, но времена на дворе стояли уже не те, и студийные боссы ответили в духе «Концепт — отстой, сын мой, но идея хороша!». Дабы развить её в нужном направлении, бюджет повысили, Ягера понизили (с постановщика до мастера по спецэффектам), а в режиссёрское кресло усадили отжигавшего все девяностые Тима Бёртона, который радостно ухватился за возможность снять, наконец, полноценный ужастик, отдав дань уважения готическим картинам Марио Бавы, Джеймса Уэйла, Роджера Кормана и студии «Хаммер», что вдохновляли его с детства.

Сюжет

«	Не ищите ад в другом мире. Он — в нас, и только мы способны его преодолеть.	»
— Икабод Крейн

Конец 1799 года. Нью-Йорк на пороге нового столетия представлял собой мрачную клоаку, где царили грязь и беспредел, насаждаемые не столько уличными головорезами, сколько стражами закона, которые вязали и приговаривали за преступления любого бродягу, показавшегося им подозрительным. Единственным, кто пытался по-настоящему вести следствие, используя последние достижения науки, был молодой констебль Икабод Крейн, свято верящий в торжество разума и прогресса. Дабы избавиться от нахального выскочки, власти отправили его в деревушку под названием Сонная Лощина, где кто-то совершенно безбашенный повадился сносить головы жителям. Прибыв на место со своим верным чемоданчиком, полным диковинных инструментов, Икабод узнал от старейшин, что убийства совершает призрак кровожадного гессенского наёмника, обезглавленного в этих краях во время войны за Независимость.

«Настало время о%уительных историй!» — подумал Икабод, с трудом сдерживая досаду, и деловито принялся выяснять, какой собаке вздумалось изображать Стэплтона за сто с лишним лет до выхода повести Конан Дойля. Узрев Всадника в деле, он, впрочем, быстренько растерял весь свой скептицизм, но от первоначальной догадки не отказался — за потусторонним мочиловом определённо стояло заинтересованное лицо из плоти и крови, с которым Икабоду предстояло разобраться. А заодно и со своими чувствами к дочке деревенского головы Балтуса Ван Тассела, прелестной белокурой Катрине, которая вызвалась помогать ему в расследовании вместе с юным Мэсбитом, чей отец стал одной из жертв Всадника, и таинственной ведьмой, живущей в лесу…

Персонажи

• Икабод Крейн — констебль из Нью-Йорка. Несмотря на брезгливость, панический ужас перед паВуками и склонность бухаться в обморок отличается отвагой и дотошностью. Больше чем гурятину ненавидит разве что суеверия, чему есть веские причины — когда Икабод был ребёнком, его жестокий отец-фанатик безжалостно расправился с его матерью, обвинив несчастную в колдовстве (и таки да, она колдовала, но безобидно).
• Катрина Ван Тассел — красавица-дочь богача Балтуса Ван Тассела, наивная и непосредственная. Была помолвлена с Бромом Ван Брандтом, но почти сразу обратила внимание на красавчика-констебля.
• Юный Мэсбит — храбрый мальчик, сын Джонатана Мэсбита, убитого всадником. Набился в слуги к Икабоду, чтобы помочь ему разоблачить убийцу отца.
• Бром Ван Брандт — молодой аристократ, жених Катрины. Задирист и чванлив, не слишком сообразителен (разве что на злые розыгрыши), однако впоследствии проявил себя настоящим храбрецом. Пожалуй, даже слишком.
• Мэри Ван Тассел — жена Балтуса и мачеха Катрины. Приятная женщина, но себе на уме.
• Старейшины: 
  • Питер Ван Гаррет — деревенский голова, собственной головы лишился довольно быстро;
  • Балтус Ван Тассел — богатый землевладелец и протеже Ван Гаррета, возглавивший деревенский Совет после смерти своего благодетеля;
  • Томас Ланкастер — сельский врач, престарелый ловелас;
  • Стинвик — святой отец (впрочем, не очень-то и святой, как и доктор);
  • Джеймс Харденбрук — деревенский нотариус. Трусоват.
  • Сэмюэль Филипс — деревенский судья, необъятных размеров толстяк.
• Лесная ведьма — загадочная особа, живущая отшельницей в пещере.
• Всадник без головы — жуткий оживший мертвец, бывший псих-наёмник, которому сорвало башню задолго до собственно усекновения оной. Несмотря на то, что является основным антагонистом, на самом деле он лишь дракон настоящего злодея.

Что тут есть

• А в это время Бонапарт переходил границу — снаружи церкви беснуется Всадник, а старейшины в это время начали выяснять кто из них больше виноват. В результате — два трупа без участия безголового.
• Адский папаша, домашний тиран, религиозный фанатик, садист, тёмный судья и храмовник — батюшка Икабода. Обеспечил сына кошмарами, видимо, на всю оставшуюся жизнь.
• Бескровная резня — кровищи тут хватает, но если кто-то лишается головы, кровь не бьет фонтаном. Ладно это работа проклятого меча всадника, но так было еще тогда, когда он был человеком.
• Боевой топор используют как всадник, так и леди Ван Тассел.
• Брюнет и блондинка + Мрачный мальчик, весёлая девочка + Нерешительный мальчик, решительная девочка + Он в чёрном, она в белом — Икабод, типичный бертоновский персонаж, застенчивый готический брюнет с трагическим прошлым, и жизнерадостная, непосредственная Катрина. 
• Взять в ад компанию — реализовано как фигурально (гессенец дорого продал свою жизнь), так и буквально.
• В каждой руке по оружию — Всадник еще при жизни использовал меч и топор одновременно и потом своих привычек не утратил.
• Героический удар в спину — юный Мэсбит отоварил корягой по башке леди Ван Тассел, не дававшую Икабоду добраться до черепа гессенца.
• Голову с плеч — умеем, любим, практикуем.
• Даже у зла есть стандарты — убегая от погони и встретив двух девочек, собиравших хворост, гессенец, славившийся необычайной жестокостью и звериной яростью в бою, не тронул их, а только шикнул, прося не выдавать его. А ведь он, будучи умелым бойцом, мог бы с лёгкостью зарубить обеих, не дав им даже вскрикнуть.
• Дыра в сюжете:
  • Каким образом леди Ван Тассел удалось бы заявить права на наследство, если официально она была мертва? Возможный обоснуй: она бы выдала себя за свою так вовремя убитую сестру, т. е. последнюю живую родственницу Ван Тасселов по супружеской линии.
  • Зачем леди Ван Тассел вообще понадобился Всадник для расправы над падчерицей, если она сама так лихо орудует топором? Ведь Всадник уже порешил достаточное количество народу, чтобы его хозяин не вызывал никаких подозрений, тем более покойный? Допустим, Всадник был задействован для того, чтобы подстраховаться, но тогда зачем было тащить падчерицу на мельницу? Устроить публичное обезглавливание было бы логичнее.
  • Да зачем было вообще инсценировать смерть? Головняка от этого явно больше, чем выгоды.
  • Ватсонианский обоснуй — план изначально пошёл по звизде. Она выманила своего благоверного к лесу, рассчитывая, что Всадник его быстренько обезглавит, но старик обосрался и дал стрекача, да ещё и успел громко и публично объявить свою жену убитой. Пришлось соответствовать, ведь появление живой и невредимой леди Ван Тассел неизбежно вызвало бы вопросы в духе «Как это вам, дамочка, удалось в длинном тяжёлом платье удрать от Всадника? Уж не связаны ли вы с ним? А не повесить ли нам клятую ведьму?»
  • А может быть, идея инсценировать смерть (и выдать себя за кого-то ещё?) все же входила в планы леди Ван Тассел: ведь единственный живой наследник неизбежно вызовет подозрения.
  • Дойлистский обоснуй: весь фильм — признание в любви старомодным готическим ужастикам, а там с логикой в принципе не заморачивались.
• Жертва — козёл: все старейшины Сонной Лощины — не слишком приятные люди, но Питер Ван Гаррет — в особенности. Тайно обручившись с беременной от него вдовой Уингшип, собирался отписать ей и общему их ребёнку всё наследство, обделив при этом сына от первого брака, которого держал на положении кучера, а задолго до того изгнал из деревни другую вдову с двумя маленькими девочками (в результате несчастная женщина умерла), отдав их земельный надел Ван Тасселам.
• Житель Страны Эльфов — мать Икабода. Это с таким-то супругом!
• Зловещие растения — Древо Мёртвых, из-под корней которого вырывается Всадник, визитная карточка фильма.
• Зловещие сестрицы — если лесная ведьма страшна только на вид, хоть и практикует довольно жуткую магию, то леди Ван Тассел не только колдует по-чёрному, но и ни перед чем не остановится ради своих целей.
• Злодей поневоле — Всадник. Да, он был отбитым рубакой, но при жизни явно имел какие-то принципы. Да и то, что он до последнего не хотел убивать напавшего на него Брома, на ликвидацию которого у него прямого приказа не было, свидетельствует о том, что это был не столько «кровожадный мясник», как его характеризовали, сколько рыцарь крови, уважавший достойного противника. Он даже Икабода только ткнул мечом в плечо, чтобы угомонить (правда, доктор сказал, что не прижги раскалённый клинок сосуды, Икабод всё равно бы умер от кровопотери).
  • Откровение у холодильника + Восторг у холодильника: а что, если Всадник пощадил Икабода именно потому, что признал в нём законника и понадеялся, что тот вернёт ему голову, разоблачив его хозяина?
• Злодей-прагматик — леди Ван Тассел движет не только желание отомстить Ван Гарретам и Ван Тасселам за то, что те жестоко обошлись с её семьёй, но и самая обыкновенная алчность.
• И у злодея есть любимые — кровожадный гессенец и после смерти трогательно привязан к своему вороному скакуну.
• Импровизированное оружие — пастор Стинвик убивает Ланкастера ударом распятия.
• Казнь сделала его круче:

«	Юный Мэсбит: Он мёртв? Икабод: В том-то и проблема. Он был мёртв с самого начала.	»

• Каков родитель, таков и супруг — Икабод женится на Катрине, такой же очаровательной и невинной ведьмочке, какой была его мать.
• Карманный защитник — Икабода защитила от пули книжка с заклинаниями Катрины, лежавшая в нагрудном кармане.
  • Не отсылка ли это ко «Всаднику без головы» Майн Рида, где героя так же точно защитил от пули подарок возлюбленной?
• Клыкастая улыбка — гессенский наёмник специально заточил себе зубы, чтобы наводить ужас на врагов.
• Кнопка берсерка — Икабод при виде злополучного филлипсовского амулета пришёл в бешенство: «Как вы, обличённое властью лицо, можете верить в такую чушь?!» У него есть свой личный счётец к суеверным служителям закона. Во время рассказа старейшин о безголовом всаднике его аж трясёт, причём не от страха.
• Мама Фансервис + Прекрасная волшебница — мать Икабода в исполнении обворожительной Лизы Мэри.
• Мрачный немец — само собой, Всадник.
• Насильный поцелуй - Перед тем как забрать похитителя своей головы на тот свет с собой, Всадник без головы страстно целует её - Мэри Ван Тассел.
• Нечисть боится святых символов — Всадник не может войти в церковь. А вот деревянный кол от церковной же ограды — может.
  • Кстати, аверсия с Филлипсом: в качестве оберега он носил оккультный анкх. Очень помогло.
• Обрасти плотью — череп Всадника обрастает плотью, будучи водворён обратно на плечи.
• Окрутеть в адаптации:
  • Трусливый и суеверный школьный учитель превратился в героически превозмогающего страх констебля, талантливого изобретателя, борца с суевериями и за справедливость.
  • Всадник в новелле был призраком «какого-то гессенского кавалериста», которому в бою снесло голову ядром, здесь же он стал легендой ещё при жизни, которую дорого продал, положив большинство своих преследователей.
• Пасхалка: сцена, когда в кваканье лягушек Икабоду слышится своё имя — цитата из диснеевского мультика «Приключения Икабода и мистера Тоада». Оттуда же момент, когда Икабод оказался верхом на лошади Всадника, причём задом наперед.
• Повадился кувшин по воду ходить — Всадник трижды пощадил активно досаждавшего ему Брома, перейдя к радикальным мерам только когда тот насел на него вдвоем с Икабодом.
• Подлое эхо войны — Всадник же!
• Полное чудовище:
  • леди Ван Тассел. Не щадит ни стариков, ни детей, ни беременных женщин. Даже сестру родную не пощадила, что уж говорить о муже, за которого она и вышла с целью отомстить и прибрать к рукам его богатство.
  • Папенька Икабода, разумеется.
• Поумнеть в адаптации — если в новелле Ирвинга Катрина была пусть не прелесть какая дурочка, но особа весьма легкомысленная, то в фильме она хоть и наивна по-детски, но девушка куда более серьёзная и активно помогает Икабоду.
• Похорошеть в адаптации — красавчик Джонни Депп очень мало похож на долговязого, носатого и лопоухого школьного учителя из новеллы. При этом фамилия Крейн (журавль) в обоих случаях говорящая — только если в оригинале подразумевалось внешнее сходство, то в фильме — духовное, «журавль в небе».
• Ружьё Чехова — их тут много, и каждая незначительная, казалось бы, деталь может выстрелить.
• Сирота — юный Мэсбит и сестрички Арчер.
• Смерть — лучшее алиби.
• Снайпер — у Брома мушкет с оптическим прицелом(!), из которого он сумел выбить из седла самого Всадника.
• Специалист по вырезанию семей — Всадник. Правда, действует он не по своей воле.
• Супружеская измена — леди Ван Тассел изменяет мужу с преподобным Стинвиком, в своих целях, разумеется}}. А заодно и держит на коротком поводке женатого доктора, который крутит роман с молодой служанкой Ван Тасселов Сарой.
• Тяжёлое детство, деревянные игрушки — у Икабода и у леди Ван Тассел.
• Убить в адаптации — супруги Ван Тасселы и Бром. Тим Бертон, сам тот ещё гик, по понятным причинам считал несправедливостью, когда девушка достаётся наглому альфачу, вот и отыгрался. Справедливости ради, Бром хоть и козлит, но в сущности — парень неплохой, и они с Икабодом даже сражались со Всадником плечом к плечу.
• Хрясь, и пополам! — Брома Всадник перерубил пополам, потому что приказа добывать голову не было.
• Шрамы навсегда — у Икабода на обеих ладонях колотые раны от шипов «Нюрнбергской девы», в которую любящий батюшка заточил свою жену.
• Я пострадавший, мне всё можно — так оправдывает свои злодеяния леди Ван Тассел.

Тропы и штампы вокруг фильма

• Блестящий неканон + Затмить адаптацией: в Америке оригинальная «Легенда о Сонной Лощине» — такая же часть культурного кода, как для нас — «Вечера на хуторе близ Диканьки» или «Вий», а вот для нашего хомячка новелла Ирвинга по сравнению с фильмом — «фигня какая-то». Этот же хомячок будет истошно верещать, что создатели «Вия» 2014 года «извратили классику, наш Гоголь в гробу вращается!» — а ихнего Ирвинга, значит, вращать в гробу можно? (Насколько эти два фильма сопоставимы — другой вопрос.) По факту новелла Ирвинга и фильм Бертона — совершенно разные произведения, каждое из которых прекрасно по-своему.
• Камео — Кристофер Ли в роли бургомистра Нью-Йорка. Вскоре он отправится в Лондон.
• Мы тебя где-то уже видели — помимо актёров, успевших сделать себе имя до выхода фильма (Его Величество Мартин Ландау, Иэн Макдермид, Джеффри Джонс, Кристина Риччи, Каспер ван Дин, Кристофер «Shame on you!» Уокен в роли всадника, в конце концов) мы также увидим здесь Майкла Гэмбона, Ричарда Гриффитса и Миранду Ричардсон. Эта троица вовсе не была неизвестной, как принято думать, но по-настоящему «народной» она станет с выходом Поттерианы.
• Отсылки, пасхалки, оммажи — тысячи их! Вплоть до горящей мельницы, отсылающей к «Франкенштейну» Джеймса Уэйла.
• Темнее и острее — причём намного. Если в новелле Ирвинга главенствует картина сельских нравов, выписанная с добродушным юмором, никто не погибает (ну, скорее всего), и вообще вполне вероятно, что всё было розыгрышем, то в фильме кровь хлещет, головы разлетаются — успевай только собирать, а общая атмосфера угрюмо-туманная.

Наследие

• Французский фильм «Братство волка» во многом напоминает «Сонную Лощину», вплоть до того, что нападениями Жеводанского Зверя также управляет человек.
• Уже упоминавшийся «Вий» 2014 года берёт основную концепцию «Сонной Лощины» и выворачивает её наизнанку — если Бертон, взяв за основу новеллу Ирвинга, в которой мистика была под большим вопросом, щедро её долил, то в «Вие» почти вся мистика оригинальной повести оказывается планом Стэплтона.
• Сериал «Гоголь» копирует «Сонную Лощину» и вовсе беззастенчиво, вплоть до демонического Всадника (правда, с головой) и общей туманно-сырой атмосферы, как будто это не солнечная Украина, а тот же сырой осенний Нью-Йорк. От совсем уж раздражающего эпигонства спасает лишь толика юмора, хотя у Бертона ирония была намного тоньше.