Крутой полицейский

«	Кто в молодости не был радикалом — у того нет сердца, кто в зрелости не стал консерватором — у того нет ума.	»
— Уинстон Черчилль этого не говорил

«	Консерваторы — все те, чья учёба закончилась ещё в детстве	»
— автор неизвестен

«	Кричали: «Хотим свежего ветра!», А щас с сигарами в шляпах фетровых! Любили «Клэш» и Егора Летова, А щас в пижамах фиолетовых! Рубили гранж в гараже, А щас профитроли и бланманже! Писали «Not Dead» и «Anti-System», А щас all right и no problem! ... В Гурзуф автостопом по сквотам и впискам, А сейчас третий по партийным спискам! Меня называл продажной сукой, А сам в Куршевель бороться со скукой!	»
— Михалок поясняет

Герой сменил мировоззрение, став из бунтаря консерватором, и теперь одни его именуют гнусным предателем, а другие считают исправившимся.

Возможные причины:

• Разочаровался в идеалах.
• Неплохо устроился в жизни, встроившись в существующую Систему и став её частью.
• С прикрученным фитильком: бунт победил! Всё стало именно так как он хотел — идеально, на его взгляд, и он не понимает новое поколение бунтарей, считающих его «консерватором» и старым пердуном, а для старых консерваторов он по-прежнему неугомонный бунтарь, у которого седина в бороду, а бес в ребро. В конце концов для того и делали революцию, чтобы новой уже не потребовалось.

Близкие тропы — дилемма борца за свободу, разочарование в идеалах.

Примеры

Литература

• О. де Бальзак, «Утраченные иллюзии» — Люсьен Шардон переобулся в консерваторы довольно быстро — перешёл из либеральной в консервативную газету, надеясь сделать карьеру. Карьера, конечно, попёрла, и деньги появились, а вот друзей он потерял.
• Н. А. Лейкин, «Кустодиевский». Рассказ составлен из отрывков писем, расположенных в хронологическом порядке. В первом письме заглавный герой, только что закончивший университет, восклицает «Когда же наконец мы дождемся свободы слова, свободы печати!» и делится с другом планами жить честно, хоть и бедно, женившись на своей единомышленнице, гувернантке («трудящейся девушке»), а в последнем, написанном лет через двадцать пять, поучает этого же друга юности: «…Мой совет Вам, уважаемый Алексей Иванович, употребить все Ваши силы для удержания дочери Вашей Варвары в недрах семейства. Женские врачебные курсы, пожалуй, и будут продолжать свое существование, но, скажу Вам откровенно, я не сторонник их. Зачем женщине мудрствовать? Мудрствование приводит девушек к тлетворной гидре неверия, а это расшатывает основы». К этому времени он уже давно женился на богатой купчихе.
• Dresden Files — отношение протагониста к Стражам.
• Сага о Форкосиганах — Эйрел говорил, что его отец для своего времени был вполне радикален, но потом его обогнала волна молодёжи с ещё более широкими взглядами — и сейчас в первых книгах серии он кажется одним из самых консервативных барраярцев.
• Упорядоченное Ника Перумова — Хедин и Ракот после событий «Гибели Богов», когда сами становятся Новыми Богами.

Кино

• «Стиляги» — Фрэд после поездки в Америку перестал быть стилягой и сменил яркий стиль одежды на строгий серый костюм с шляпой, потому что увидел, как на самом деле одеваются на Западе, и что их таких с настоящего Бродвея увезли бы в дурку.

Настольные игры

• Warhammer 40,000 — инверсия: инквизитор Грегор Эйзенхорн из молодого пуританина к старости превратившийся в радикала, не стесняющего использовать демона.
  • В Империуме вообще есть поговорка: «Если начинающий инквизитор не пуританин — он бессердечный, если бывалый инквизитор не радикал — он дурак». Поговорка явно передразнивает — «до наоборот» — крылатое выражение, вынесенное в эпиграф статьи.
  • Космодесантники из предавших орденов (даже те, что сами поддержали измену) и рядовые изменники могут, сдавшись Империуму, попасть в Караул Смерти. Если уже там их окончательно признают верными (Астартес — довольно ценный ресурс, чтобы ими разбрасываться лишний раз), новоиспечённый лоялист будет зачислен в Чёрные Щиты и будет защищать Человечество от мерзких ксеносов до самой смерти. Рядовому хаоситу, осознавшему свою ошибку, вернуться живым к Свету Императора намного сложнее (проверки слишком много времени и сил отнимают), но шанс сохраняется.
    • А во время Ереси Хоруса те из космодесантников легионов-предателей, что изначально поддержали мятеж против Императора, но не одобрили скатывание легиона куда-то не туда, уходили в другие Чёрные щиты - партизанские отряды, занимавшиеся диверсиями в тылу Воителя.

Музыка

• Машина времени «Кого ты хотел удивить?»
• КняZz, «Алло, гараж!» — раньше Джонни был панком и презирал обывателей, но стал брокером, и быт его съел.
• Виктор Цой, «Когда-то ты был битником» — «Эй, где твои туфли на манной каше, И куда ты засунул свой двубортный пиджак? Спрячь подальше домашние тапки, папаша, Ты ведь раньше не дал бы за них и пятак».
• «Тараканы!» — «Форева?» Причём в кавере от «Дореволюционного Советчика» это выражено даже более ярко!
• Сэр Пол Маккартни — «душка Пол» периода гамбургских гастролей по степени оторванности уступал только несомненному лидеру «Битлов» Джону.
  • Зигзаг с самим Джоном. Хорошего мальчика из него после фактического распада группы взялась лепить (и небезуспешно), но не успела закончить Йоко Оно.
• Мэрилин Мэнсон был антихристом-суперзвездой, шокировавшим верующих. В 2021 г. принимает участие в молебнах.
• Наутилус «Хлоп-хлоп» («Гороховые зёрна») — аллегорические изображён круговорот «дети-бунтари растут, ломают стены-ограничения, а потом ради защиты своих детей их снова строят, а их дети снова ломают», то есть всё связывается и с проблемой «отцы и дети».

Изобразительное искусство

Далеко не все герои скатываются в сабж

• Карикатура из четырех эпизодов (сейчас это назвали бы «стрип») А. А. Радакова «Эволюция» (1908). 25 лет: на стене висит портрет Карла Маркса, главный герой (худощавый лохматый молодой человек в расстегнутой рубашке) страстно проповедует что-то революционное. Подпись:

«	Вперед, без страха и сомненья, На подвиг доблестный, друзья! Зарю святого искупленья Уж в небесах завидел я!	»
— Начало популярного в России во второй половине XIX века стихотворения А. Н. Плещеева

В 35 лет главный герой уже чиновник (нужно кормить жену и детей), но все еще пытается писать нечто прогрессивное, несмотря на страх перед цензурой и сомнения в своей правоте. В 45 он существенно продвинулся по службе, всё еще за прогресс, но «со страхом, полн сомненья», и даже отчасти стал сочувствовать правительству. А в 55 лет он уже превратился в сановника с орденами, убежденного консерватора, который рьяно внушает подчинённым:

«	Вперёд! Ни страха, ни сомненья Власть не должна иметь, друзья! Искоренять без сожаленья — Вот в чем спасенье вижу я!	»

Реальная жизнь

Россия и СССР

• А. С. Пушкин в молодости, ещё во время учёбы в лицее, писал стёбные стишки про царскую власть, после окончания перешёл к более «взрослой» критике, имел друзей среди декабристов и чуть было не принял участие в тех событиях, а под конец жизни стал писать оды Николаю I.
  • Впрочем, на деле он продолжал относиться к власти критически.
  • «Оды Николаю» это «В надежде славы и добра» и «Друзьям. Нет, я не льстец»? 1826 и 1828 гг. это вовсе не конец жизни Пушкина. И эти стихи были написаны в начале правления Николая и в основном говорят о надежде, что тот будет не деспотом, а просвещенным правителем.
  • Впрочем, когда тебе в цензоры навязывается лично сам император, особо власть не покритикуешь.
    • Есть всё-таки некоторая разница между «не критиковать» и «активно восхвалять».
      • Поэтому Пушкин никогда и не «активно восхвалял» власть, а только одобрял гуманные действия императора.
• Достоевский после того, как его чуть не расстреляли за чтение письма Белинского Гоголю, превратился в убежденного консерватора, сторонника действующей власти и православной церкви.
  • Во многом повлияла и радикализация либерального движения. Всё-таки одно дело республиканец Белинский и фурьерист Петрашевский (хотя и у них революционный настрой заменял порой элементарное образование), и уже совсем другое зовущий к топору Чернышевский и откровенный пройдоха Нечаев (а уж про бомбистов-народников и говорить нечего). Достоевский, имея возможность сравнивать, всё-таки понимал, что радикализм и готовность идти по трупам никуда не денутся, когда такие дорвутся к власти. Совсем напротив, именно власть позволит им развернуться.
  • Однако не стоит забывать, что обычные консерваторы считали его несколько странным, а в его последнем романе бунтарь-атеист Иван Карамазов говорит слишком убедительно: «Иной шутник скажет пожалуй, что все равно дитя вырастет и успеет нагрешить, но вот же он не вырос, его восьмилетнего затравили собаками. … Уж когда мать обнимется с мучителем, растерзавшим псами сына ее, и все трое возгласят со слезами: „Прав ты, господи“, то уж конечно настанет венец познания и все объяснится. Но вот тут-то и запятая, этого-то я и не могу принять… Не хочу я наконец, чтобы мать обнималась с мучителем, растерзавшим ее сына псами! Не смеет она прощать ему! Если хочет, пусть простит за себя, пусть простит мучителю материнское безмерное страдание свое; но страдания своего растерзанного ребенка она не имеет права простить, не смеет простить мучителя, хотя бы сам ребенок простил их ему!»
• М. Н. Лонгинов же! Подробнее здесь.
• Александр III еще до вступления на престол одобрял превращение России в конституционную монархию, но после гибели отца от рук народовольцев приступил к закручиванию гаек.
• Мало кто знает, но воспитатель и советник Александра, Константин Победоносцев, известным всем как махровейший монархист, плевавшийся от одного упоминания слова «демократия», начинал как умеренный либерал. Один из тех, кто стал консерватором не из карьерных соображений, а искренне разочаровался в демократических идеях — и в своих критических работах, несмотря на всю ангажированность, достаточно убедительно бьёт по реальным больным местам либерализма.
  • Революционер Лев Тихомиров, живший в это же время, ранее был членом известной «Народной воли» и эмигрировал за границу, однако позднее вернулся и стал сторонником монархизма (однако от идеи улучшения трудового законодательства не отказался).
  • С прикрученным фитильком: народоволец Арон Геккельман, позднее завербованный имперским Департаментом полиции действительный статский советник Аркадий Гартинг.
• Философ Иван Ильин в молодости был гегельянцем, близким к анархизму, зачитывался Штирнером, переводил Поля Эльцбахера и т. д. После отплыва на философском пароходе до того обиделся на Советскую Россию, что стал убежденным антикоммунистом и ультраконсерватором, приветствовал фашизм Муссолини и писал панегирики Гитлеру.
• Целый ряд русских писателей (Куприн, Саша Черный и некоторые другие) при царизме жестко бранили существующие порядки, а пережив революцию и эмиграцию, в позднем творчестве мазали розовыми соплями с позолотой то, что высмеивали и бичевали раньше.
  • Так и не мазали бы, если бы то, что сменило царский режим, оказалось бы веселее:

«	И встает былое светлым раем, Словно детство в солнечной пыли...	»

• Не человек, а целая страна: СССР! Государство, построенное революционерами, ниспровергателями всех старых порядков, устоялось и стало вынуждено уже охранять себя от новых бунтарей и просто недовольных. В результате сложилась двойственная идеология: бунты, революции — это, конечно, очень хорошо, поддерживаем… только где-нибудь там, а не у нас, пожалуйста. У нас уже бунт победил и ничего менять не надо.
  • Горячий революционер Джугашвили стал диктатором Сталиным, который в зародыше давил всякие намёки на инакомыслие.
  • Советская идеология в области культуры и социальных отношений по мере повышения среднего возраста членов Политбюро изменилась от революционного попрания всех сложившихся устоев до столь же всеобщего консерватизма и традиционализма.
  • На самом деле, субверсия. С возрастом тут мало что связано — консерватором в культуре был Сталин, при нём и устоялся курс на классику, ну а его преемники, хоть и открутили гайки, основ не меняли. И даже наоборот: Брежнев с возрастом политику даже смягчал.
• Аналогично — деятели Российской Федерации и стран СНГ после распада СССР. Конечно, многие сами были высокопоставленными партийными работниками, решившими сменить сторону ради выгоды, но хватало и и искренних демократов и диссидентов, сменивших свои взгляды:
  • А. Зиновьев, пожив на Западе, ужаснулся его бездуховности и меркантильности, но еще больше последствиям распада СССР и в последние годы жизни писал о пагубности «западнизма» при его безальтернативном господстве над планетой.
  • Э. Лимонов, до высылки из СССР постоянно крутившийся около диссидентствующей богемы, вернувшись на родину, стал национал-большевиком.
    • Вопрос в том, что НБП в 90-х была радикально-диссидентствующим движением, скорее художественным проектом, нежели реальной политической силой, построенной на антитезе основному, либерально-либертарианскому вектору тогдашней России. Это у России потом вектор поменялся, и на удивление во многом совпал с декларируемыми нацболами идеями.
  • Владимир Путин после развала СССР был достаточно известным либералом (членом целого питерского круга таковых) и правой рукой «отца русской демократии» Собчака. Но, пробыв достаточное количество лет во власти, стал одним из самых известных в мире авторитарных консерваторов, а слово «либерал» при нём превратилось чуть ли не в ругательство.
    • На самом деле, субверсия. «Демократы» ельцинской волны не были либералами. Многие из них были просто за капитализм против коммунизма, а гражданские свободы рассматривали только как средство борьбы со «старым режимом». Немало среди них было и консерваторов западного типа, и даже ретропатриотов, кто ностальгировал по «России, которую мы потеряли», с орлами, охранкой и православием. «Из бунтарей в консерваторы» они перешли потому, что консерваторами были всегда, просто по отношению к консерваторам советским это когда-то был бунт.
  • Очень и очень многие политики и чиновники, в 90-е состоявшие в лагере «демократов», с удовольствием продолжили карьеры при новом консервативном курсе, восхваляя уже его. Насколько искренне — сложный вопрос.
• Михаил Задорнов переметнулся из либералов в консерваторы, а затем вообще в скрепные язычники-традиционалисты. Смену взглядов можно отследить по мнениям об американцах (не правительстве, а именно обычных людях) в произведениях.
  • Смену взглядов можно проследить по дате получения квартиры в «номенклатурном» доме в одном подъезде с Коржаковым и семьей Ельцина.
• Дмитрий Исаев. В 90-ые анархист и профсоюзный деятель, в 10-ые депутат Госдумы от «Единой России».
• Владимир Соловьев. Минимум до конца нулевых был ярко-выраженным либералом, ныне считается одним из главных охранителей. Впрочем, его искренность мягко говоря вызывает сомнения у обеих сторон.
• Дмитрий Быков — удивительная инверсия. До 2014 года едко прохаживался по поводу оранжевой революции, «Эха Москвы» и «Новой газеты», был запанибрата с такими записными охранителями как Захар Прилепин и Константин Крылов. После — резко ударился в голимую смердяковщину, постепенно теряя по дороге остатки таланта (до конца не растерял даже сейчас, но тем не менее).

За рубежом

• Жюль Брюне — начинал как профессиональный революционер, послуживший прототипом героя фильма «Последний самурай», учредил в Японии Республику Эдзо; а закончил расстрелом Парижской Коммуны.
• Наполеон Бонапарт. Генерал революции, ставший императором.
  • И его сподвижник Жан-Батист Бернадотт, закончивший революционную карьеру как король Швеции Карл XIV Юхан.
• Уинстон Черчилль. Тут с прикрученным фитильком: потому, что виги выглядят «бунтарями» лишь с точки тори, ещё со времён когда зарождающаяся буржуазия в ходе революции казнила короля. И соответственно исторически виги = буржуа, а тори = феодалы, затем по мере созревания капитализма, феодалы как-то поразорялись, и находящиеся у власти буржуа стали консервативны и перешли в основной массе к тори, а в вигах их осталось мало. Виги — это либеральная партия, а Тори — консерваторы. А с точки зрения коммунистов и прочих левых они (уже) нифига не бунтари, а самые настоящие буржуи!
• Первый президент Эстонии Константин Пятс на излёте Российской Империи был ревностным социал-демократом (одновременно будучи армейским офицером и дворянином), а после победы белых в уже независимой Эстонии стал пожизненным «государственным старейшиной», период правления которого иначе как «Эпохой Безмолвия» не называют.
• Юань Шикай — зигзаг: сначала перебежал от реформаторов к консерваторам, а спустя годы, на старости лет, сверг монархистов перебежав на сторону Китайской республики.
• Бенито Муссолини в молодости был социалистом, а затем стал основателем партии «Итальянский союз борьбы» («Фаши итальяни ди комбатименто») позднее превратившейся в «Национальную фашистскую партию».
• Юзеф Пилсудский: «Я вышел из красного трамвая на остановке Площадь Свободы».
• Испанский политик Алехандро Леррус начинал карьеру как ярый республиканец и антиклерикал — доходило до того, что он обращался к восставшим рабочим Барселоны с призывами насиловать монахинь! А став на старости лет премьером уже в республиканской Испании, посылал против забастовщиков марокканских карателей молодого способного генерала Франко…
• Джордж Оруэлл. Сначала был воинствующим социалистом-анархистом, потом составил для британского правительства список лиц, подозреваемых в коммунистических взглядах. Впрочем, подобную двоякость можно объяснить и внутренней грызнёй между социалистами, а списки «товарищей, которые нам больше не товарищи» вообще составляли тогда все, кому не лень и это были не доносы, а скорее публичные декларации.
  • Оруэлл, в общем-то, уже после личного знакомства с социализмом в Испании начал ценить британский консерватизм с его иррациональной «элементарной порядочностью» и даже пророчески описывал «социалистическую революцию в Англии» которая удивительно напоминает реальную Британию 70-ых.
• Рональд Рейган. Да-да, президент, назвавший СССР «империей зла», в молодости — как и многие другие в тогдашнем Голливуде — ему симпатизировал и даже пытался поступить в компартию!
• Хорст Малер. Педаль в пол: начинал как один из основателей RAF — западногерманской террористической организации коммунистов-антифашистов, а закончил как отрицатель Холокоста и член Национал-демократической партии Германии!
• Виктор Орбан. Сейчас в это слабо верится, но этот консервативный полуавторитарный вождь Венгрии и непримиримый враг Джорджа Сороса начинал карьеру в годы перестройки как пламенный либерал-демократ, хоть и с националистическими наклонностями (на что указывает, собственно, полное название его партии: Fiatal Demokraták Szövetsége — Альянс молодых демократов). И он, таки да, учился — но не доучился — в Оксфорде на грант от Сороса. А до этого вообще был секретарём в тамошнем комсомоле!
• Обратное правило в украинской политике — каждый президент приходил на обещании стабильности и компромиссов, к концу правления становился западником/националистом/революционером.
• Тацуя Исида, автор вебкомикса Sinfest, начинал с достаточно либеральных взглядов, в особенности на эротику (регулярный фансервис не даст соврать), потом увлёкся радикальным феминизмом и начал воевать с патриархатом со своих страниц, затем сделал своей главной задачей войну с секс-работой и транс-персонами… прошло ещё несколько лет, и теперь он неотличим, до степени смешения, от самого обычного американского республиканца, с шутками вроде «эти миллениалы-снежинки оскорбляются на всё подряд», «я идентифицирую себя как фея-кентавр, но только по пятницам» и просто антипрививочным ковид-диссидентством.