Популярное заблуждение/Мифы о ядерной войне

Мифы о ядерной войне (мифы о ядерном оружии) — различные популярные заблуждения о ядерной войне, распространенные среди людей. Связаны с тем, что исторически, в войне ядерное оружие, на данный момент применялось всего дважды, причем средой применения были буквально «бумажные» японские города Хиросима и Нагасаки, основная масса зданий в которых была построена из традиционных японских материалов, что привело к крайне эффективному воздействию маломощных, в общем-то, зарядов. Фактически, судить об эффективности ядерного оружия по итогам его применения в Японии — это примерно то же, что судить о применении этого оружия по выстроенным на плацу войскам без СИЗ и мер по самозащите. Разумеется, что в результате все теории о массовом применении атомного оружия смоделированы и носят исключительно теоретический характер.

Файл:Field image 1-14.jpg

Священный ядерный взрыв в глазах художника

Отмечается, что концепция ядерной зимы и масштабного радиоактивного заражения была введена больше в пропагандистских целях для обоснования невозможности прямого столкновения США и СССР, а конкретные расчеты были подогнаны под требуемую модель. Хотя атомное оружие является самым мощным в истории человечества, уничтожить жизнь и тем более планету оно не может.

Немного теории

Следует понимать, что концепция применения ядерного оружия не подразумевает «засеивания» вражеской территории ударами «квадратно-гнездовым» методом. Удары будут наносится избирательно, по ключевым целям. Часть боеприпасов может быть вообще не задействована, как минимум до второго этапа — речь о боеприпасах особой мощности (мегатонна+), предназначенных как для поражения особо защищенных командных центров, так и для уничтожения городов противника в рамках ответно-встречного, карательного удара. В современной концепции применения, «ситикиллеры» в превентивном ударе не рассматриваются, так как гарантированно спровоцируют полномасштабный ответ (в головах теоретиков ядерной войны, у вероятного противника все чаще главенствует концепция «ограниченной ядерной войны», то есть стратегии, при которой обмен ударами сводится или к незначительному взаимному или «обезоруживающему», при котором внезапность первого удара и урон от него таковы, что противник отказывается от ответного удара и капитулирует, что бы избежать еще больших потерь. Следует, так же, отметить, что в рамках современной глобальной ядерной стратегии — существует концепция «сигнальных городов». В текущем представлении — это обреченные города, по которым может быть нанесен ОДИНОЧНЫЙ ядерный удар, с целью демонстрации готовности идти до конца, и последнего шанса избежать глобального обмена ударами. В России таковыми городами являются Санкт-Петербург и Новосибирск. В США, насколько известно автору — Бостон и Сиэтл. Таким образом, если например, на взгляд Москвы, Вашингтон перейдет красную черту, но Москва все еще будет надеяться избежать глобального конфликта — Россия нанесет ядерный удар одиночным «Тополем-М» по Сиэтлу или Бостону. Предполагается, что при отсутствии идти до конца у противника, ответа на одиночный пуск не последует, а наглядная демонстрация последствий ядерного удара — остудит горячие головы. Вообще, создание и подписание договоров о ядерном разоружении, при всех благих намерениях которыми сопровождалось — вымостило дорогу в ядерный ад. До начала сокращения ядерных вооружений, когда у каждой стороны было по 11+ тысяч боеголовок (у СССР в пике более 15 тысяч боеголовок, причем большая часть из них — мегатонного класса (точнее 0,9 Мт)) обмен ядерными ударами ДЕЙСТВИТЕЛЬНО вел к гарантированному взаимоуничтожению участников. Да и экологии в этом случае прилетало весьма основательно, то есть можно было всерьез говорить о глобальном ядерном апокалипсисе. И именно поэтому, за весь период ядерного противостояния — обмена ударами так и не произошло.

После подписания СНВ и прочих договоров о сокращении, размер ядерных арсеналов основных игроков упал в десять раз. Следствием этого стал резкий рост вероятности ядерного конфликта.

Фактически, сегодня мы стоим на пороге глобальной ядерной войны. И благодарить за это надо идиотов, которые СОКРАТИЛИ ядерные арсеналы.

Важное предупреждение

В данной статье — мы ни в коем случае не призываем к ведению ядерной войны. Хотя, как будет понятно из текста ниже, на текущем этапе развития человечества, технически, ядерная война не будет носить фатальный характер для мира глобально, в локальном отношении, для стран вступивших в нее — это катастрофа. Боеголовка мегатонного класса ударившая в центр крупного города — непосредственно уничтожит как минимум четверть населения этого города в первые же минуты. Разрушения будут носить чудовищный характер. Последующие за обменом ударами голод, антисанитария и развивающееся лучевое поражение — приведут к резкому росту числа жертв уже постфактум. Следует понимать, что ядерное оружие не должно применяться никогда.

… А что будет, когда из США или России перестанут экспортировать зерно и удобрения и сельхозтехнику в развивающиеся страны, мы, конечно, оставим за кадром. Впрочем, многих удивит, конечно, уже тот факт, что Россия экспортер продовольствия…

Список

Ядерная зима

Распространенная теория о том, что полномасштабная война между наиболее крупными держателями священного атомного оружия, США и Россией — приведет к выбросу в атмосферу значительного количества пепла, что вызовет резкое падение прозрачности атмосферы и, как следствие, лавинообразное похолодание, которое закончится так называемой «ядерной зимой», то есть длительным (от года и до нескольких лет) понижением средней температуры на планете до значений, при которых возможно образование постоянной снежно-ледовой шапки вплоть до субтропических широт и падения температур в субтропиках и тропиках до значений характерных для более умеренных поясов. В наиболее радикальном толковании — речь идет и вовсе о «Земле-снежке», то есть падении температуры окружающей среды до значений, при которых даже на экваторе она будет ниже 0 градусов по цельсию. Следствием станет быстрое оледенение планеты, причем, высокое альбедо ледово-снежной поверхности запустит системные процессы, при которых солнечные лучи перестанут нагревать поверхность достаточно, для выхода планеты из данного цикла. Земля, на очень долгий срок — станет ледяным миром.

Разумеется — это не правда. На практике нынешнее количество ядерных боеголовок у главных атомных держав — порядка 1,5К с каждой стороны — откровенно недостаточно для причинения значительного вреда планете в целом и тем более реализации сценария ядерной зимы (для которой потребовалось бы на несколько порядков большее количество боеприпасов). Его не хватит даже для полного уничтожения населения этих двух стран. По оценкам аналитиков, полное использование ядерного арсенала приведет к примерно 50 % населения России и США, причем большая часть жертв придется на разрушения инфраструктуры и голод, а не непосредственно последствия взрывов.

Что бы понимать почему это невозможно нужно иметь в виду, что большая часть ядерных боеприпасов обладает мощностью 100—500 килотонн. Это достаточно много, если падает вам на голову, но явно недостаточно для причинения фатального вреда планете. Давайте просто посчитаем: Общий ядерный арсенал России и США возьмем грубо за 3000 ядерных боеголовок. Докинем сюда Францию и Великобританию с Китаем (остальных можно не учитывать). Пусть суммарно будет 3000. Мощность боеголовок различается. В нашем арсенале все еще достаточно много боеголовок мощностью 0,8 — 1 Мт. У США и сателлитов напротив, полно боеголовок в 100—300 кт. Мы так же плавно переходим на боеголовки средней мощности (для нашей основной ракеты «Ярс», сейчас это 475 Кт. — 3 — 5 боевых блоков на носитель. Причем сам носитель, по сути, апгрейд «Тополя»). В общем усредненно, мощность одной «среднемировой боеголовки» вполне корректно будет принять за 0,5 мегатонны.

Тогда, общий потенциал человечества будет всего 1500 мегатонны в тротиловом эквиваленте. 1,5 гигатонны. Взрыв вулкана Тамборы в 1815 году — оценивается как 0,8 гигатонны. Взрыв вулкана Санторин, уничтоживший Минойскую цивилизацию — в ЧЕТЫРЕ гигатонны. Выжила при этом даже Греция, находящаяся весьма недалеко.

Впрочем, действительно, взрыв Тамборы принес за собою заметное похолодание. Не ядерную зиму, но, так называемый «год без лета» (если еще точнее то аж три года, когда летняя температура в северном полушарии соответствовала скорее календарной осени). Во только тут следует вспомнить ключевое отличие ядерной войны от взрыва крупного вулкана:

Ядерные взрывы, в массе своей носят воздушный характер. Да и даже при заглубленном подрыве (например для уничтожения особо важных, защищенных целей) — подрыв происходит на глубине в десятки метров. Объем выбрасываемой породы — в абсолютных числах крайне невелик. Вулканические же извержения даже классифицируются не столько по мощности «хлопка», сколько по ОБЪЕМУ ПОРОДЫ выброшенной в атмосферу (Шкала VEI). Объемы выбрасываемой породы, при этом — измеряются в… КУБИЧЕСКИХ КИЛОМЕТРАХ.

Для тех кто не понял — кубик высотой, шириной и длинной в километр. Две останкинские телебашни вверх, вбок и вширь.

Представили? Так вот — та самая Тамбора — выбросила БОЛЕЕ СТА кубических километров. Попытайтесь осознать эту величину.

Ядерное оружие мало того, что физически не может поднять столько грунта, оно еще и «размазано» по площади стран-противников.

1500 боеголовок, на самом деле — это очень мало. Не получится «засеять» каждый квадратный километр. А кое-где придется класть несколько боеголовок в одну точку. А бить надо (для нас) — по куче объектов на всей территории США и попутно по объектам Франции и Великобритании (которые в стороне от общей свистопляски не останутся).

Проще говоря — большинство мелких и заметная часть средних городов противника даже ядерные грибы скорее всего не увидит. Не говоря уже про сами боеголовки.

У нас ситуация похожая, хотя централизованность выше, что делает нас с одной стороны более уязвимыми к непосредственно удару, с другой же — резко снижает воздействие «постфактум».

Взгляд с другой стороны

Главная тут подмена понятий — приравнивание вулканического пепла к саже. Вулканический пепел — это мелкораздробленная горная порода, силикаты, по сути — микроскопические тяжелые камни и стекло. Из-за своей высокой плотности и веса эта пыль относительно быстро оседает под действием гравитации и эффективно вымывается дождями. Cажа — это продукт неполного сгорания органики (пластика, нефтепродуктов, дерева, тканей, которых в подвергшихся ядерным ударам городах будет очень много). Сажа невероятно легкая, пористая и обладает идеальной способностью поглощать солнечный свет. Почистите один раз теплообменник твердотопливного котла, дабы прочуять безопасным для жизни способом, но в полной мере, какая это мерзость.

Одна тонна мелкодисперсной городской сажи экранирует и нагревается от солнечных лучей в десятки раз эффективнее, чем 1 тонна серого вулканического пепла. Поэтому для создания оптической плотности в атмосфере сажи нужно физически в сотни раз меньше, чем горной породы. И при этом всем известно, что вулканы вызывали «года без лета».

Вулкан выталкивает пепел за счет механического давления газов из жерла. Как только давление падает, подъем прекращается. В случае ядерного конфликта включается совершенно другой термодинамический механизм — массовые пожары. Ядерный взрыв мощностью 150–300 кт над городом поджигает всё в радиусе нескольких километров. Тысячи локальных очагов сливаются в огненный шторм. Огненный шторм работает как гигантская стационарная печь: колоссальные объемы горящего воздуха устремляются вверх, создавая мощную термическую тягу. Этот восходящий поток действует как реактивный лифт, который закидывает легкую сажу напрямую в стратосферу (выше 12-15 км). В стратосфере нет облаков и не идут дожди. Сажа не может быть вымыта осадками. Там она нагревается солнцем, поднимается еще выше и за счет глобальных ветров за несколько недель окутывает всю планету плотным черным покрывалом. Вулкан Тамбора поднял тонны тяжелой пыли, которая зависла низко, а ядерные пожары создают стабильный стратосферный экран.

И нет, Гамбург горел сам по себе, а не вся Германия, а в Кувейте — сырая нефть на открытой земле. «Черное лето» в Австралии от банальных лесных пожаров тоже стоит вспомнить

«Ядерное оружие… размазано по площади стран-противников… большинство мелких городов ядерные грибы не увидит». И это… чистая правда, которая только подтверждает катастрофичность сценария. Для гибели цивилизации не нужно засеивать каждый квадратный километр. Никто не будет тратить драгоценные боеголовки на бескрайние леса Аляски или тайгу Сибири. Удары наносятся исключительно по узловым точкам. Если выбить 100 ключевых НПЗ, 50 крупнейших портов, узлы связи и распределительные энергосети, то 80 % территории США и России действительно не увидят ядерных грибов. Но они останутся без электричества, связи, топлива, централизованного снабжения и медицины. Мелкие и средние города погибнут не от взрывной волны, а от каскадного коллапса систем жизнеобеспечения.

Радиоактивное заражение

По мотивам аварии на ЧАЭС имеется распространенное мнение, что ядерный взрыв обладает сходными характеристиками заражательной способности и превращает всё вокруг в радиоактивную пустыню на долгие года. Однако стоит отметить, что атомная электростанция и ядерная бомба — это принципиально разные вещи, и после стандартной атомной бомбы заражение опадает в течение месяца, кроме того область распространения радиации далеко не столь большая. Основной поражающий фактор атомной бомбы — тепловой и ударный, а не радиационный.

Вообще, ядерное оружие делиться, по принципу действия на атомное и термоядерное. В атомном, основным элементом является реакция деления урана или плутония. В термоядерном — реакция синтеза трития (дейтерия) с образованием гелия, которая «поджигается» «маленькой атомной бомбой».

В первом случае, до того, как цепная реакция развивается во взрывной потенциал — успевают прореагировать далеко не все делящиеся материалы, которые и оказываются разбросаны по большой территории. Во втором — размер атомного заряда существенно ниже, а возникающая реакция синтеза, фактически, поглощает непрореагировавшую часть инициирующего устройства.

Уровень фактического заражения территории от термоядерного взрыва — близок к нолю. Атомный грязнее, но опять же — атомные боеприпасы сегодня практически не используются. Тем более в стратегическом оружии. Атомные заряды характерны для тактического атомного оружия, но там размер заряда так мал, а КПД (за счет меньшей мощности) так велико, что заражением условно можно пренебречь.

Фактически, основной источник радиации после ядерного взрыва — это вторичная ионизация. То есть под воздействием нейтронной бомбардировки — начинают излучать уже обычные предметы, не являющиеся в норме радиоактивными.

Это вынужденное излучение спадает по экспоненте. Фактически, уже через две недели вы можете с минимальным риском посетить эпицентр воздушного подрыва современного термоядерного боеприпаса.

Наземный и подземный ядерный взрывы дают несколько больший и по времени и по силе уровень заражения. Однако — применяется подобный вариант подрыва крайне редко.

Альтернативное мнение

Про ЧАЭС тут, конечно, вопросов нет. В реакторе ЧАЭС находилось около 180 тонн ядерного топлива с огромным количеством накопленных за годы работы долгоживущих изотопов (цезий-137, стронций-90). В бомбе Малыш (Хиросима) было всего 64 кг урана. Чернобыль — это «грязная бомба» колоссальных масштабов, горевшая неделями. Продукты ядерного взрыва действительно распадаются гораздо быстрее (правило «семь-десять»: через каждые 7 часов после взрыва мощность дозы излучения падает в 10 раза). При воздушном взрыве ударная волна и световое излучение действительно забирают до 85 % всей энергии.

А вот дальше уже не все так однозначно:

Реакция синтеза (дейтерий + тритий) никак не может «поглотить» или «дожечь» остатки урана или плутония из триггера (первой ступени). Наоборот, реакция синтеза генерирует колоссальный поток быстрых нейтронов. Чтобы эти нейтроны не пропадали зря, термоядерный заряд (двухступенчатый, по схеме Теллера-Улама) помещают в оболочку из урана-238 (третья ступень, так называемая концепция «деление-синтез-деление»). Быстрые нейтроны синтеза раскалывают ядра Урана-238. В таких боеголовках, как W88 или отечественных аналогах, до 50-80 % всей мощности взрыва обеспечивается именно за счет деления урановой оболочки. Поэтому «чистого» термояда в стратегическом оружии практически нет — он чудовищно «грязный» из-за огромного количества осколков деления урана.

То, что уровень фактического заражения территории от термоядерного взрыва близок к нулю — было бы верно только для теоретической «чистой» водородной бомбы без урановой оболочки (триггер + контейнер с дейтеридом лития). Но в реальности такие боеприпасы не стоят на вооружении, так как они неэффективны по соотношению «масса/мощность». Самый мощный в истории взрыв «Царь-бомбы» (АН602) на 50 Мт намеренно сделали «чистым», заменив урановую оболочку на свинцовую (мощность упала со 100 Мт до 50 Мт), именно для того, чтобы не заразить половину СССР. Боевые блоки МБР устроены иначе — они оптимизированы под максимальное разрушение, поэтому они радиоактивны.

Наведенная радиация (когда под действием нейтронов стабильные элементы в грунте или металле становятся радиоактивными, например, образуется Натрий-24 или Марганец-56) вносит минимальный вклад в общее заражение. Главный источник долгосрочной радиации — это осколки деления (радиоактивные изотопы йода, цезия, стронция, бария), то есть «пепел» от расколотых ядер урана и плутония, а также несгоревший высокообогащенный заряд.

Про воздушный ядерный взрыв все правильно. Но есть нюанс: в сценарии реальной ядерной войны наземные взрывы будут применяться массово. Чтобы уничтожить высокозащищенную шахтную пусковую установку «Минитмен-III» или подземный бункер, воздушный взрыв бесполезен — ударная волна просто обтечет холм или бронеколпак. Шахты выбиваются только наземными или заглубленными взрывами, чтобы разрушить их механически. Наземный взрыв втягивает в огненный шар миллионы тонн земли, которая испаряется, смешивается с продуктами деления урана, конденсируется в тяжелую радиоактивную пыль и выпадает в виде радиоактивного следа на сотни километров по ветру. Это и есть самый страшный источник заражения, который превратит огромные территории в опасные зоны не на недели, а на десятилетия.

Раскол планеты

Утверждение, согласно которому особо мощный ядерный заряд способен разрушить поверхность Земли и достичь мантии, что вызовет серьезные катаклизмы. На деле даже самые мощные термоядерные боеприпасы способны пробить дыру глубиной максимум в полтора или около того километров (и то лишь при подрыве боеприпаса под землей), и всерьез повредить планете термоядерное оружие не в состоянии, если никто не догадается нанести удар по супервулкану вроде Йеллоустоуна.

Интересный факт: в Хиросиме, в «точке ноль» уцелела практически полностью каменная церковь. Да, вышибло стекла и сгорели все горючие части. Но каменные стены — уцелели. Это к вопросу о представлении о ядерном оружии как о некоей «абсолютной силе». В современной высотной застройке, мощность ударной волны ослабляется крайне эффективно, например — за счет прочности зданий, выступающих рассекателем взрывной волны.

… Вот только церковь была именно что «в точке ноль». Каменное здание уцелело строго по законам физики: взрыв был воздушным, ударная волна пришла вертикально сверху вниз. Стены сработали как колонны на сжатие, а взрывная волна просто обтекла их. Боковой удар по высотной застройке действует совершенно иначе. Улицы между высотными зданиями превращаются в узкие каньоны. Ударная волна, попадая в них, не «рассекается», а сжимается, отражается от стен и устремляется вперед с повышенной скоростью и давлением. Современные высотки состоят из огромного количества стекла, алюминия и легких конструкций. Ударная волна превратит тонны этих материалов в сверхзвуковой поток осколков, уничтожающий все на уровне улиц. Плотная городская застройка идеальна для объединения мелких очагов возгорания в один гигантский пожар. Из-за обилия пластика, композитов и автомобилей современный город сгорит быстрее, чем Хиросима, состоявшая из деревянных домов. Падение одной поврежденной высотки способно вызвать цепную реакцию и завалить соседние здания, полностью блокируя улицы для спасателей.

Ядерное оружие действительно не является «магической абсолютной силой» и подчиняется законам физики. Но именно физика городской среды делает его применение по современным мегаполисам еще более разрушительным, чем в 1945 году.

Радиация как поражающий фактор

Скажу коротко — критические дозы излучения, если только мы говорим не о специализированном нейтронном боеприпасе — смертельно опасны только на том расстоянии, на котором для вас это будет наименьшей проблемой: узнать о том, что вы переоблучились вы не успеете, так как сначала сгорите от светового излучения а потом вас снесет ударной волной.

На дистанции, на которой вы переживете ударную волну — уровень радиационного излучения сможет вызвать у вас разве что легкую (и быстро проходящую без особых последствий) форму лучевой болезни.

Технические подробности

Россия

На лето 2026 на вооружении РВСН, ВМФ и Командования Дальней авиации РФ находятся:

• РТ-2ПМ2 «Тополь-М» (SS-27 «Sickle B», 2000), моноблок 1 Мт, 78 единиц (60 шахтных и 18 мобильных).
• PC-24 «Ярс» (SS-27 Mod 2, 2009), 2009, 4х550 кт. 204 единицы (24 шахтных и 180 мобильных)
• Р-36М2 «Воевода» (SS-18 Satan, 1988) — 34 единицы шахтного базирования, что составляет 10,5 % от численности ракет в РВСН, однако гораздо больше по боезапасу и килотоннажу (10х750 кт, 340 БЧ, что составляет 31 % от числа БЧ и 36 % от суммарной мощности РВСН). Предполагается замена на новые тяжелые ракеты «Сармат».
• УР-100Н (SS-19, 1975) — 10 единиц шахтного базирования. Изначально несли 6 БЧ по 550 кт. Ныне переоборудованы в носители гиперзвукового БМ «Авангард» (1 Мт). Итого на лето 2026 на вооружении РВСН находятся 326 ракет, оснащенных 1244 зарядами суммарной мощностью 831,8 мегатонн
• Р-29РМУ2 «Синева» (SS-N-23 Skiff, 2007) — последняя модификация жидкостной Р-29. дальность до 11 300 км, 4 БЧ по 550 Кт, также существует второй вариант нагрузки с 10 БЧ по 100 кт. Итого 5*16*4 = 320 по 550 кт, или 176 Мт
• Р-30 «Булава» (SS-N-32, 2018) — первая твердотопливная БРПЛ российского ВМФ. Испытанная дальность до 9 300 км, оснащена 6 БЧ по 150 кт. Носители — 8 подлодок проекта 955/А по 16 ПУ, Всего 128 ракет. Итого 8*16*6=768 бч*150 кт. Итого 115,2 Мт. Итого в составе стратегических вооружении ВМФ 208 ракет и 1088 боевых частей (320 550-килотонных и 768 150-кт, суммарная мощность — 291,2 мегатонн).

Итого на вооружении РВСН и ВМФ находится 534 ракеты, способных нести 2332 заряда суммарной мощностью 1,123 гигатонны.

В соответствии с договором СНВ-3, каждый стратегический бомбардировщик считается за 1 единицу ядерного орудия, так как в авиации различия между тактическим и стратегическим ядерным оружием (а также и обычными неядерными ракетами и бомбами) стёрты (что инспектировать — количество ядерных ракет на складах? Ну лежат. Так это ж тактические, куда оно со своими 5000 километрами до Америки-то долетит?), и критерии разделения на ТЯО и СЯО приводят, скорее, к бомбардировщикам, способным или не способным нанести стратегический ядерный удар.

Всего в составе командования Дальней авиации находится 67 единиц ядерного оружия — 15 Ту-160 и 52 Ту-95МС, способных нести соответственно до 12 и от 6 (Ту-95МС6, 17 единиц; все ракеты внутри фюзеляжа; не может применять не лезущие туда Х-101/102) до 16 (Ту-95МС16; 35 единиц, добавлены десять внешних точек подвески, на которые могут ставиться Х-101/102) крылатых ракет Х-55 и Х-102 с ядерными боевыми частями мощностью 250 кт. Итого до 210 кт в залпе (без учена ограничений по дальности и другим объективным обстоятельствам)

США

• На вооружении 20-й армии ВВС находятся 400 ракет «Минитмэн-3» с 400 БЧ суммарной мощностью 120 Мт (оригинальные БЧ W62 по 170 кт, ставившиеся по три, утилизированы и заменены на более тяжелые БЧ W87 от списанных «Писмейкеров». Из-за большего веса и выпуска оных в количестве 540 штук, поставлены моноблоками). Теоретически на «Минитмэны» можно (в течение до года) поставить либо оставшиеся 140 W87 или W78 (300—350 кт, которые стояли на части ракет ранее и, в отличие от W62, утилизированы не были). На практике американцы разрабатывают новую МБР «Сэнтинэйл», что, конечно же означает, что ловить против такой мощи уже сейчас совершенно нечего.
• На вооружении ВМФ США находятся 14 подводных лодок типа «Огайо» с 24 ПУ МБР «Трайдент-2» (реально загружают по 20), итого полный расклад — до 336 ракет. Ракета имеет четыре варианта загрузки: БЧ W76 мощностью 100 кт в числе 8 на дальность 11300 км и 14 на дальность 7 800 км, либо БЧ W88 мощностью 475 кт в вариантах 4 на 11 300 и 8 на 7 800. Всего произведено 404 штуки, установлены на первых четырех лодках типа «Огайо» второй серии. Итого в варианте на максимальную дальность до 2304 БЧ, из которых 384 475-кт (на первых четырех лодках типа «Огайо» второй серии, всего произведено 40) и 1920 100-кт (суммарная мощность — 374,4 мт).

Итого 736 ракет с 2704 зарядами суммарной мощностью 494 Мт

• Авиация насчитывает 46 бомбардировщиков B52H, способных нести до 8 на внутренней и до 20 на внутренней и внешней подвесках крылатых ракет AGM-86B ALCM или AGM-181 LRSO мощностью от 5 до 150 килотонн (еще до 30 B52 ядерного оружия нести не могут). 19 бомбардировщиков B-2 способны нести (если мы говорим о ядерном оружии) по 16 свободнопадающих бомб B61 мощностью от 0,3 до 50 килотонн, или тяжелых B83 мощностью 1,2 мегатонны. Про суммарный килотоннаж говорить сложно, учитывая переменную мощность зарядов и то, что его очень сильно разгоняют B83, которые, однако, требуют прямого контакта с целью, что не всегда возможно, и вообще их есть штук 50. При полной загрузке B-52 ракетами со 150 килотоннами получается 138 мегатонн. По B-2 - максимальная нагрузка 304 бомбы. Если принять, что 50 из них будут B83, а все B61 будут отрегулированы на максимум, получается 72,7 мегатонны, итого 210,7.

Прочие члены клуба

Тут все сложнее, так как другие ядерные страны СНВ не подписывали, на инспекции тоже не подписывались, и потому данные по их ядерным арсеналам гораздо более размыты и спекулятивны

КНР: 500—550 ядерных зарядов. Основа — мобильные МБР DF-31AG и тяжелые DF-41 (несут РГЧ ИН, боеголовки мощностью от 200 до 1000 кт). 6 подлодок типа «Цзинь» (проект 094) с ракетами JL-2/JL-3. Бомбардировщики H-6N (Ту-16) с баллистическими ракетами воздушного старта. Суммарная мощность - 150–200 мегатонн.

Франция: 290 ядерных зарядов (официально задекларированный лимит). Основа (около 80%) — 4 атомные подлодки типа Triomphant, каждая несет 16 ракет M51. Каждая ракета несет до 6 боеголовок TNO мощностью 100 кт. Авиация: — истребители Rafale B/C с крылатыми ракетами ASMPA (300 кт). Суммарная мощность - 35–40 мегатонн.

Великобритания: 225 зарядов (развернуто не более 120). 4 подлодки типа Vanguard с 60 ракетами «Трайдент-2», которые Британия берет в аренду у США (они хранятся на американской базе в Кингс-Бей; причем все подлодки вмещают 64 ракеты), но боеголовки (A91, аналог американской W93/W76 мощностью 100 кт) производит сама. Суммарная мощность - 12-15 мегатонн.

Непризнанные ядерные государства

Индия: 160–170 зарядов. Активно строит триаду. Наземный компонент — МБР Agni-V (дальность более 5000 км). Морской — собственные подлодки типа Arihant с ракетами К-15 и К-4. Воздушный — тактическая авиация (Mirage 2000 и Су-30МКИ). Мощность боеголовок оценивается в 10–60 кт (есть данные о наличии термоядерных зарядов до 200 кт). Суммарная мощность: 6–8 мегатонн.

Пакистан: 170–180 зарядов. Наземные баллистические ракеты (семейства «Шахин» и «Гаури») и крылатые ракеты «Бабур». Испытана ракета «Абабиль» с разделяющимися головными частями (РГЧ). Мощность зарядов небольшая — в основном тактическая и оперативно-тактическая (от 10 до 50 кт). Общая мощность - 5–7 мегатонн.

Израиль: Официально существование оружия не признает, но эксперты оценивают арсенал в 90 ядерных зарядов (с запасом плутония на 100–200 штук). Баллистические ракеты «Иерихон-3», модифицированные самолеты F-15/F-16 и немецкие дизельные подлодки типа «Дельфин», способные запускать крылатые ракеты Popeye Turbo из подводного положения. Суммарная мощность: 2–4 мегатонн.

КНДР: по оценкам на 2026 год накоплено расщепляющихся материалов на 50-60 зарядов (физически собрано, возможно, меньше). Структура: Ракетные войска. Линейка ракет от тактических до межконтинентальных («Хвасон-15/17/18»). КНДР успешно испытала термоядерное устройство (в 2017 году), потенциальная мощность их тяжелых боеголовок может достигать 100—250 кт, но большинство зарядов — это примитивные атомные бомбы на 10-20 кт. Суммарная мощность — 1,5-3 мегатонн.

Взгляд с противоположного боевого дивана

Ох уж эти идиоты. Они везде. Один придумал, другие поверили. И обязательно максимально нелепо. Чтобы любой Вася с боевого дивана мог тут же понять, что это все липа. Военные, дипломаты... И-д-и-о-т-ы! Что же, попробуем и мы побыть самыми умными.

Первое, оно же главное

Вышеприведенные «разборы» (с которыми тоже далеко не все однозначно, но хотелось бы описать ситуацию более в целом) строятся на абсолютно бредовой предпосылке, что если бомба не упала человеку на голову, то человек выжил и ничего, в сущности, не случилось.

Цивилизация — это не площадь, это связи. Для уничтожения человечества не нужно 100 000 мегатонных бомб, чтобы физически выжечь всю планету. Человечество как единый организм погибнет гораздо раньше. Современный мир — это не изолированные племена. Страны Африки, Азии и Южной Америки не выживут сами по себе, если исчезнут США, Европа, Россия и Китай. Экономика планеты завязана на технологии, семена, медикаменты, удобрения и микросхемы, которые производятся только в развитых странах. Если завтра исчезнут мировые финансовые центры, порты, заводы и лаборатории, глобальные цепочки поставок рухнут мгновенно. Без импортных удобрений, пестицидов и запчастей к сельхозтехнике развивающиеся страны (где население исчисляется миллиардами) не смогут прокормить себя. Начнется лавинообразный голод, который убьет миллиарды людей на других континентах, куда не упала ни одна ядерная бомба. Да, биосфера уцелеет, но человеку в ней места не будет. Земля пережила падение 10-километрового астероида, уничтожившего динозавров (мощность того удара оценивается в 100 миллионов мегатонн — это в 60 000 раз больше всего ядерного арсенала Холодной войны). Жизнь на Земле адаптируется, тараканы, крысы и глубоководные рыбы выживут. Но не путайте выживание биосферы и выживание человеческой цивилизации. Для уничтожения последней не нужно стерилизовать планету до состояния Луны. Достаточно уничтожить инфраструктуру, которая поддерживает жизнь 8 миллиардов человек.

Просто возьмем 300 американских и 170 российских городов-стотысячников, и сбросим на каждый по одной бомбе «жалкой» мощностью 150 килотонн тротилового эквивалента. Хорошо. Пусть город полностью не сгорит. Пусть огненные штормы и сажа в атмосферу это миф (особенно от американских цельнодеревенно-сайдинговых субурбий, ага-ага). Пусть ядерной зимы не будет, и даже осени, когда летом будет +12. Пусть все население не погибнет, а радиацию вы вообще не увидите.

Но что-то заставляет предположить, что ближайшими вашими жизненными вопросами будут «где взять ящик тушенки» и «что делать, когда у вас есть ящик тушенки, а у жителей деревни Колбасино — автоматы».

При этом все, что могло быть добыто лопатами и ручными насосами — уже давно добыто. Начать заново без сохранения технологий и цивилизации будет… Сами понимаете.

Да, жизнь не погибнет. Но разве это будет жизнь?

«Идиоты», же, сократившие ядерные арсеналы до 1 550 тысяч (это не все, а то, что на боевом дежурстве… Когда вопрос встанет ребром, будет поставлено и остальное), наверное, просто знали, что ядерные бомбы не могут просто лежать на сладах. Большинство современных термоядерных боеголовок используют тритий для бустинга (усиления деления вводом нейтронов). Период полураспада трития — всего 12,3 года. Это значит, что каждые несколько лет тритий в каждой из тысяч боеголовок превращается в гелий-3. Гелий-3 не просто бесполезен, он активно поглощает нейтроны и может сорвать цепную реакцию (произойдет «пшик» вместо взрыва). Из-за этого тритиевые капсулы нужно регулярно извлекать, отправлять на спецзаводы (вроде ПО «Маяк» в РФ или Саванна-Ривер в США), очищать от гелия и дозаправлять. Делать это для 15 000 боеголовок непрерывно — колоссальная нагрузка на атомную промышленность.

Плутоний-239 внутри боеголовки постоянно излучает альфа-частицы. Со временем в металле накапливаются микропустоты и дефекты кристаллической решетки. Плутониевое ядро начинает менять геометрию и свойства. Чтобы запустить ядерный взрыв, плутониевую сферу нужно идеально ровно сжать обычной взрывчаткой со всех сторон. Обычные высокоэнергетические ВВ (взрывчатые вещества) со временем разлагаются, выделяют газы и теряют стабильность. Их нужно менять. Каждая база хранения (вроде объектов «С» в РФ) требует жесточайшего температурного режима, систем радиационного контроля, фильтрации воздуха и многоуровневой охраны. Нужны тысячи высококлассных военных специалистов и инженеров-атомщиков, которые занимаются только тем, что проверяют, тестируют и катают боеголовки на заводы-изготовители и обратно.

А нам, напоминаем, отнюдь не обязательна «земля-снежок» и лунный ландшафт.

Про реальную механику глобального похолодания спорить можно долго, утомительно и безрезультатно. Пока не будем этого делать. Но и автор «разбора мифов» больше воюет с чучелом о «ядерном снежке», не думая о том, что будет, когда в Черноземье случится капитальный неурожай, потому что температура упадет всего-то до +15 летом, да и с комбайнами, солярой, элеваторами и запчастями будет все плохо, да и довезти это зерно до мирового (да и до местного) рынка не получится. Нет, сто телег с лошадями не заменят грузовой состав. Да и взять их тоже где-то надо будет.

Но, автор вышеназванного утверждения по «сигнальные города», объясните, пожалуйста, откуда вам это известно, «насколько вы знаете это Санкт-Петербург и Сиэтл». Такие маленькие и неважные райцентры… База стратегических подлодок? Заводы «Боинг»? Узел портов на запад? Судостроительные заводы? И со ссылкой на документы из реальных программ и доктрин, а не на отставного генерала, работающего дворником будет желательно. Потому что в вышеприведенном виде это эпический роман Сивой Кобылы.

То есть, можно уничтожить город с миллионным населением, и руководство ядерной державы скажет: «Ой, они серьезно настроены, давайте капитулируем, чтобы спасти остальные города». В ядерной доктрине США и России прописано, что основанием для применения ядерного оружия является сам факт старта баллистических ракет по их территории или угроза существованию государства. Уничтожение Сиэтла или Санкт-Петербурга — это автоматический триггер для полномасштабного ответно-встречного удара. Никто не будет сидеть в бункере и вести переговоры, пока горит миллионный город. Для «демонстрации решимости» в военных теориях действительно рассматривался сценарий одиночного удара, но не по городам, а по безлюдной местности (например, взрыв над акваторией Новой Земли или в пустыне). Удар по живому мегаполису — это не «сигнал», это объявление войны на тотальное уничтожение.

Хотя бы потому, что спутники СПРН фиксируют только старт ракет. Они видят только факелы работающих ступеней на разгонном этапе. Затем в дело вступают РЛС, но их задача — также просто увидеть цели, а не точно просчитать траекторию. 80 % времени полета ракеты есть только примерный регион удара — к примеру, это юго-запад США. А вот это жилые кварталы Лос-Анжелеса, авиабаза Неллис, база флота в Сан-Диего или пустыня Мохаве в рамках «последнего предупреждения» — будет понятно только за три минуты перед ударом. И что будет — ну грохнули по Питеру, ну сгорело не пять, а два миллиона, мы слились, на все согласились, заплакали и побежали просить прощения?

Кстати, для «Трайдента-2» американцы в начал 2000-х прорабатывали кинетическую БЧ для чистого удара. Отменили представьте почему? Потому что противнику будет непонятно, плутониевая она или чугуниевая.

«Мегатонные „ситикиллеры“ оставят на потом, чтобы не спровоцировать полномасштабный ответ». Это оксюморон. Если вы наносите первый «обезоруживающий» удар, ваша цель — физически уничтожить шахты, мобильные комплексы, командные пункты и узлы связи противника. В этот момент полетят сотни боеголовок. Вы всерьез думаете, что генералы в бункерах, глядя на экраны радаров, где зафиксирован массовый старт баллистических ракет, будут рассуждать: «Так, погодите, они бьют только по шахтам и ПЛАРБ, мегатонных бомб по городам на экранах пока нет (ведь на радарах СПРН будет раскладка по каждой цели с выпадающим списком характеристик. СПРН же может это, и кто-то будет это анализировать в те двадцать минут, что у вас есть на все про все), давайте подождем второго этапа и не будем отвечать»? Это какая-то пошаговая стратегия. Ответно-встречный удар наносится по факту фиксации массового старта, а не после того, как оценят калибр и точки падения уже взорвавшихся бомб. Потому что даже «ограниченный ядерный удар строго по ядерным средствам» означает, что противник начал полномасштабную операцию по уничтожению вас как государства. Потому что если у него все получится, то у него будет средство для ядерного удара по вам, а у вас по нему — нет. Сами понимаете, по какому принципу будут строится ваши дальнейшие взаимоотношения.

Да, кстати. Никаких специализированных «ситикиллеров» на вооружении попросту нет уже давно. Шесть боеголовок по 200 кт, взорвавшихся над городом с должным рассеянием, наделают гораздо больших дел (примерно в три раза, если быть точным, тогда как боеголовка в 1,2 мегатонны имеет всего лишь в 1,6 больший радиус зоны поражения, чем у 200-килотонной), чем одна в 1,2 мегатонны. У «Тополя» БЧ в 1 мегатонну не потому, что она «ситикиллер», а потому, что она была одна, сначала конструктивно, потом под СНВ-2. Но из-за отказа от его ратификации и появился «Ярс», который «всего лишь „Тополь с РГЧ“» (но несет в себе не одну, а две с гаком мегатонны света и тепла, плюс распределяет их по большей площади). Да и удары по многим и многим военным объектам будут неотделимы от ударов по городам. Тот же Пентагон можно грохнуть только вместе с Вашингтоном. Термин «Ситикиллер» это вообще наследие времен, когда КВО измерялся в километрах и точность приходилось компенсировать мощностью. И попасть можно было только разве что «в город». Снижение калибра и рост числа боеголовок на отдельной взятой ракете подозрительным образом совпал по времени с разработкой систем с приличной (до сотен метров) точностью. Для США на сегодняшний день самая мощная БЧ для МБР — W88 для «Трайдента-2». 475 кт. На «Сармат» или «Воеводу» вроде бы можно поставить что-то моноблочное и многомегатонное, но это не точно. И цели для таких моноблоков — не города, а самые защищенные бункеры, типа пресловутой горы Шайенн. Есть также аналогичного назначения авиабомба B83 мощностью 1,2 мегатонны, но тут есть маленькое «но» — это авиабомба, а не боеголовка (индексы B и W означают, представьте себе, Bomb и Warhead соответственно). Полетит она разве что на стратеге. При этом W88 проектировалась не как «ситикиллер», а… Под концепцию ограниченного удара по ракетным шахтам. Да, в конце 1980-х, несмотря на 15 000 советских боеголовок (вспоминаем вышеприведенный пассаж про идиотов, подписавших СНВ-III).

Концепция, при которой противник якобы испугается урона от первого удара и решит капитулировать — это кабинетные фантазии теоретиков 1970-х годов, которые давно признаны несостоятельными. В ядерных доктринах и РФ, и США четко прописан автоматизм. Ни одна сторона не закладывает в свои алгоритмы пункт «если нас сильно ударили, мы сдаемся». Напротив, для этого и создавались системы гарантированного возмездия (такие как комплекс «Периметр» в России). Даже если превентивный удар уничтожит высшее руководство, система сама отдаст команду на запуск оставшегося арсенала. Идея «мы их внезапно обезоружим, и они заплачут» разбивается о физическое существование атомных подводных лодок на боевом дежурстве в океане, которые невозможно уничтожить превентивным ударом по суше.

Иначе ядерное сдерживание просто не работает. Дело не в количестве боеголовок, дело в гарантии ответа по факту начала нанесения удара.

Потому что иначе всегда можно надеяться быть первым, или что противник включит заднюю.

И немного про мнение из нижеприведенной ссылки

Тезис автора о том, что Саган — «не ученый, а именно популяризатор» — это грубая фактическая ошибка, призванная искусственно обесценить его выводы. Карл Саган — выдающийся американский астрофизик, планетолог и доктор астрономии Чикагского университета. На момент публикации статьи TTAPS он являлся профессором Корнеллского университета и директором Лаборатории изучения планет. Именно Саган в 1960-х годах математически рассчитал и объяснил экстремальный парниковый эффект на Венере (почему там +470 °C), а также доказал, что сезонные изменения на Марсе вызваны пылевыми бурями. Изучение того, как планетарные облака пыли и газов меняют климат Венеры и Марса, напрямую привело Сагана к моделированию аналогичных процессов на Земле.

Пожарные специалисты (включая Абдурагимова) упрекают TTAPS в том, что они взяли объемы сажи «с потолка», не понимая физики горения городов. И этот упрек частично справедлив: модели 1983 года действительно переоценивали количество дыма и недооценивали то, как быстро он вымывается обычными дождями в первые дни.

Но вот дальше идет типичная подмена понятий.

Тезис о том, что Рейган и Тэтчер «нагнетали миф», а «англофил Горбачев не понимал блефа», полностью переворачивает историческую реальность с ног на голову. Администрация Рональда Рейгана встретила концепцию «ядерной зимы» в штыки. Пентагон и правые политики США обвиняли Сагана в том, что он «подыгрывает КГБ». Причина проста: если ядерная зима реальна, то знаменитая программа Рейгана СОИ («Звездные войны») теряла смысл. Зачем строить космический щит от советских ракет, если даже при успешном перехвате 100 % боеголовок над территорией СССР поднявшаяся сажа все равно убьет климат США?

Советские академики Никита Моисеев и Владимир Александров создали свою независимую трехмерную модель климата, которая подтвердила расчеты TTAPS. Для Горбачева и Рейгана эти доклады стали не «блефом для разорения», а психологическим стопором. Они оба поняли, что концепция «гарантированного взаимного уничтожения» (MAD) абсолютна: победителей в такой войне не будет физически, даже если одна из сторон нанесет удар первой и безвозмездно. Именно это понимание легло в основу исторического соглашения в Женеве (1985), где Рейган и Горбачев подписали заявление: «Ядерная война не может быть выиграна и никогда не должна быть развязана».

А под конец пошла уже откровенная конспирология. Причем, что характерно (и типично), тезис построен на фундаментальном противоречии: автор утверждает, что Рейган создал мистификацию для разоружения СССР, но игнорирует тот факт, что США разоружались симметрично. Этот фрагмент наглядно демонстрирует три классических манипулятивных приема, которые важно уметь идентифицировать.

1. Кто кого «обманул»? Автор заявляет, что цель мистификации Рейгана — «обезоружить противника, чтобы напасть самим». Однако реальные исторические документы и статистика договоров СНВ-1 (1991 год) показывают строго обратное: США не просто «разоружали СССР», они уничтожали собственные ядерные арсеналы. Пик ядерных запасов США пришелся на 1960-е годы (более 31 000 боеголовок), а к концу холодной войны и после нее обе стороны сократили свои арсеналы примерно на 80-85%. Договор РСМД (1987) полностью уничтожил ракеты средней и меньшей дальности. США уничтожили 846 ракет, а СССР — 1846. Если бы целью США было нападение, они бы не ликвидировали ракеты «Першинг-2» в Европе, которые летели до Москвы за несколько минут.

И да, я знаю, что каждый правоверный советский патриот скажет, что СССР/Россия боеголовки утилизировали, а США просто переместили на склады. Но только американцы точно так же попилили средства их доставки — ракетные шахты взрывались и заливались бетоном, ракеты и самолеты распиливали, подлодки пускали на слом. Без них боеголовки смысла не имеют. Утилизировать их вотпрячсчас не было ни обязательств, ни необходимости. И да, БЧ на складах надо капиталить. Иначе они превратятся радиоактивный лом

2. Игнорирование страха самих США перед «Ядерной зимой». Тезис о том, что это была «западная спецоперация», разбивается о внутренние документы США тех лет. Рассекреченные отчеты Министерства обороны США середины 1980-х годов показывают, что военное руководство США было в панике от теории Сагана. Военные понимали: если концепция верна, то доктрина «Первого удара» аннулируется. Зачем тратить триллионы долларов на ядерное превосходство, если твой собственный успешный удар вызовет климатический коллапс над твоей же территорией? Рональд Рейган искренне боялся ядерного апокалипсиса. Его проект СОИ («Звездные войны») был попыткой заменить концепцию «Взаимного уничтожения» на «Взаимную оборону». Блефом со стороны Рейгана была именно СОИ (технологии тех лет не позволяли создать космический щит), но никак не ядерная зима.

Да, кстати. На конференции в 1985 году в Испании таинственным образом исчез главный советский разработчик и доработчик концепции «Ядерной зимы» Владимир Александров. Было выдвинуто несколько теорий о пропаже. Журнал «Time» писал: «Тайна его исчезновения усугубляется подозрениями некоторых западных учёных, что сценарий ядерной зимы был предложен Москвой, чтобы дать антиядерному движению в США и Европе новые средства в борьбе с наращиванием Америкой военной мощи». Но да, это все придумал Рейган, чтобы обмануть Горбачева.

3. Искажение роли советских ученых. Автор пренебрежительно пишет, что «советская наука бросилась поддерживать Запад из-за ведомственных интересов». На деле академик Никита Моисеев и его группа в Вычислительном центре АН СССР использовали абсолютно независимую, принципиально иную математическую модель («модель биосферы»). Они первыми в мире перешли от плоских двухмерных расчетов американцев к трехмерной гидродинамической модели атмосферы и океана. Советские математики не «подпевали» Сагану, а жестко корректировали его. Именно они доказали, что «ядерная ночь» (полная темнота) маловероятна, но подтвердили долгосрочный характер «ядерной зимы» за счет переноса сажи из Северного полушария в Южное через экватор, чего американские модели изначально не содержали.

Финальный тезис автора о том, что «мистификация раскрыта, и сейчас цель — напасть, пока не поздно», полностью противоречит актуальной военной доктрине и заявлениям ведущих ядерных держав. Даже в условиях текущего глубочайшего кризиса в отношениях России и Запада, лидеры «Ядерной пятерки» (включая РФ и США) продолжают официально придерживаться формулы 1985 года: «в ядерной войне не может быть победителей, и она никогда не должна быть развязана». Ни одна сторона в мире не рассматривает ядерный конфликт как «приемлемый» или «безопасный» сценарий, а современные модели лишь подтверждают, что даже локальный конфликт разрушит мировую торговлю и сельское хозяйство.

Ссылки

• Пропагандистский миф о «ядерной зиме»