Когда воротимся мы в Портленд

Семён Семёныч, ну кто так верстает, а? При чтении этой статьи Саурон порвал себе око, потому что она совершенно неудобочитаема. Разбейте текст на красивые абзацы, расставьте иллюстрации как положено, уберите лишние зачёркивания, отформатируйте спойлеры в соответствии с нашей политикой и впредь верстайте нормально, хорошо?

«Когда воротимся мы в Портленд» — повесть Екатерины Некрасовой (Сефирот) о попаданце на вымышленную судьбоносную развилку древнерусской истории. ОСТОРОЖНО, есть слэш и даже пара гомосексуальных сцен 16+ или 18+.

Персонажи

• Эдуард «Эд» Бирцев — «…двадцать три года. Служил в войсках ВДВ. Образование — одиннадцать классов (до армии) и курсы охранников (после армии). Интересы для такого образования минимум странные. Официально нигде не учится и не работает, но, по некоторым сведениям, причастен к перепродаже угнанных автомашин…».
• Галка — невеста Эда.
• Всеволод Олегович — князь небольшого древнерусского княжества.
• Рогволд — внебрачный племянник Всеволода (который убил его отца Игоря, а мать вскоре изнасиловал и довел до самоубийства, чем вызывает у выросшего Р. вялотекущее желание мести). По мнению Эда — «заурядный ублюдок с садистскими замашками».
• Ингигерд — юная, красивая и не лишенная христианских взглядов дочь датского ярла, жена Всеволода.
• Светозара — вдова старшего брата Всеволода и Игоря, стерва и интриганка.
• Судислав — малолетний сын Светозары и ее покойного мужа. Во время татаро-монгольского нашествия на Русь, будучи уже взрослым и князем, покажет застрявшим среди разлившихся рек монголам удобный путь для захвата еще незахваченной и неразгромленной половины Руси, в обмен на обещание отдать ему спорные соседские земли.

Особенности сюжета

Повесть является полу-пародийной деконструкцией типового (на момент написания, лет двадцать назад) «русского патриотического фэнтези/попаданчества»:

• Попаданец принципиально не хочет спасать родину от татаро-монгольского погрома и ига, ибо при естественном ходе событий: «В мире, перекошенном до неузнаваемости, не останется места никому из тех, кого ты знал. Вернулся с войны жених, и невеста не вышла замуж за соседа; беженцы не поперлись в соседние области, где должны были осесть… И так — на протяжении столетий, наворачиваясь, как снежный ком… „Ну и что! Я-то здесь! Значит, и мои родители…“ — „А может, это как раз доказывает, что ты сумел… сумеешь сделать правильный выбор. Это не твое дело — разбирать, лучше будет или хуже. Всегда сначала кажется, что будет лучше, а потом… Твое дело — сделать как было“. Да и так ли уж виноват наш предатель родины? Да достали бы они своего Батыя и сами… Плевать мне на самом деле, лучше будет или хуже. Я хочу мир, где буду я!»;

• Попаданец, вопреки «всем законам жанра» влюбляется не в находящуюся рядом «прекрасную принцессу», а в местного негодяя, что становится одним из главных сюжетных двигателей повести.

• Вместо попаданцев, без особых душевных терзаний хоть много лет или пожизненно живущих и радостно приключающихся в чужих временах/мирах: «Я, в конце концов, не историк, мне все это вовсе не интересно, у меня мать, отец, дочь, — я нужен там! Мать свихнется. Отец… Верка на себя еле зарабатывает, куда ей еще ребенка кормить. Да они пропадут без меня!.. Гос-по-ди! — он размеренно бился головой об стену… Ты сам хотел бы остаток жизни прожить в их мире? Лучше сразу удавиться…»

• «по ночам мне будут сниться магнитофоны, унитазы и жареная картошка… Года через полтора у тебя полетят пломбы, и какой-нибудь местный костоправ повыдергивает тебе зубы ржавыми щипцами. (Вспомнил запах из княжеского рта — скривился.) У тебя плохое зрение. Ты будешь непрерывно простужаться — и болеть долго и мучительно, в соплях по пояс, с заложенным носом, температурой, больным горлом… (Тизин, вспомнил он. Санорин. Эритромицин.) И любая из простуд запросто сможет уложить тебя в землю…» — естественная реакция современного европейца, против воли попавшего в Средневековье — без связи со своими, практически без современных вещей, без внятных перспектив когда-либо вернуться.

Тропы

• Богатыри и чудища лесные (поздний период) — сеттинг основного действия.
• Протагонист-злодей — Эд.
• Антигерой — Эд и Рогволд.
• Крутой гей — Они же
• Злодей-недотепа — Они же и Светозара.
• Злодей-прагматик — Всеволод, отчасти.
• Аномальная зона — городище Ольговичей с окрестностями, оттуда Эд и попал в прошлое, а потом вернулся. В сиквеле, "Соло белой вороны", резко подняла уровень своей крутизны — например, сильно изменила прошлое.
• Музыкальный символ, характеризующая музыка — одноименная с повестью песня Булата Окуджавы.
• Языки изменяются со временем — Эд и русские 13 века н. э. почти не понимают друг друга.
• Бастард — Рогволд. Дочь его возлюбленного — тоже, но это почти всем пофиг.
• Тяжелое детство, деревянные игрушки — Рогволд, более или менее.
• На хрена родня такая, лучше буду сиротой — Рогволд. В свою очередь, так «любит» еще оставшихся у него родственников, что готов убить даже маленького двоюродного брата.
• Роман чая с молоком. С прикрученным фитильком — родители Рогволда.
• Навозные века и Средневековые дебилы — не так чтоб очень много, но есть. Разбой как легальный промысел феодалов и их дружин, убийства близких родственников и свойственников, изнасилование; человеческое жертвоприношение с участием православного священника и для постройки церкви(!); антисанитария, пытки… Даже зоофилия: «Всеволоду… он сказал непотребное: варяги, про то все знают, заместо баб берут на корабли коз, — не коза ль родила варягу Олафу рыжую дочку?».
• Испорченные аристократы. В литературе критического реализма Ольговичи могли бы фигурировать как «вырождающийся и заслуженно пресекшийся род порочных аристократов».
• Подсветка. Например: «Фэнтези. Пошлый, тупейший в львиной доле своей жанр… Благородные герои и их прекрасные подруги, и выбор сердцем всегда оказывается правильным, а не равнозначным выбору совсем иным местом, традиционно противопоставляемым голове… А если написать все как есть, читатели возопят к автору: „Почему у вас все герои такие подонки?!“ И автор возопит в ответ: „Но они же любят друг друга!“ — „Ну и что?“…»
• Любовный треугольник — с прикрученным фитильком, ибо Галку Эд не так уж любил, скорее пытался угодить общественному и семейному мнению.
• Садистский выбор — а) с прикрученным фитильком: выбор между «сделать, чтобы татаро-монгольское нашествие и иго на Руси состоялись в полной мере» и «сильно рискнуть, что меня никогда не будет» дался Эду относительно легко, как и выбор жестокого средства для этой цели; б) в полный рост — между выполнением первой задачи и "не вредить своему возлюбленному".
• Несовместимое с жизнью хамство — Тостиг. Публично и очень тяжело оскорблял княжьего племянника и его любовника.
• Это ж надо было додуматься! — Рогволд. Бессмысленное убийство княгини на глазах множества свидетелей.
• Жертвенный лев — Тостиг.
• Жертвенный агнец — Ингигерд.
• Папы-геи — а) у Эда есть дочь от бывшей любовницы; б) в сиквеле у них с Рогволдом внезапно паранормально образуется общий сын.
• Роковой туман — именно из такого Эд попал в прошлое.

Есть сиквел, «Соло белой вороны», написанный по настоятельным просьбам читателей.

Рогволд (иллюстрация автора): http://juxian.slashcity.net/r.jpg

Отсылки

• Рассказ Некрасовой «Возможные варианты» о фантасмагорической любви персонажа компьютерной игры и геймера, опубликованный в третьем выпуске сборника «Фантастика» за 2002 год. Одна из глав «Портленда» даже называется «Финал фэнтези».
• Пикник на обочине. Спасение/приобретение своего ребенка путем вольного или невольного человеческого жертвоприношения в аномальной зоне…
• Песнь Льда и Пламени. Много. Например:
  • Образ Рогволда напоминает Джейме, Джоффри, Тириона, Дейенерис, Джона Сноу… Впервые он лично появляется в повествовании на свадьбе со своим участием, а в конц еего намереваются сжечь. Вот на этой сцене автор статьи впервые заметила сходство «Портленда» и «ПЛИП»: «Парень что-то говорил женщине, показывая на Эда… Женщина подошла ближе — почти вплотную, поднесла подсвечник к его лицу. Вглядывалась. Потом спокойно переложила подсвечник в левую руку, обернулась к своему спутнику и вдруг с размаху влепила ему оплеуху. В тишине парень медленно поднес пальцы к щеке. Губы растянулись в усмешке — кривой. Он сказал что-то, показав на этот раз в открытую дверь (из фразы Эд понял отдельные слова: „аз“, „князю“, „глаголю“), и ребром ладони чиркнул по горлу женщины.»
  • Баратеоны. Было у отца три сына, старший еще до основного действия умер, оставив малолетних детей и вдову-стерву, а средний и младший/сын младшего соперничали за оставленный им трон, вплоть до попыток убийств. Ренли напоминает и Рогволда (возраст на начало повествования и сексуальная ориентация) и его отца (коварное убийство братом-соперником).
  • «Романтическое» знакомство главных героев напоминает сцену из «Игры престолов»:

«	— Сын мясника, который хочет стать рыцарем, так? — Джоффри нагнулся с коня с мечом в руке. — Возьми-ка свой меч, сын мясника, — велел принц, и глаза его посветлели от удовольствия. — Посмотрим, насколько ты хорош в бою. Мика стоял, замороженный страхом… Джоффри поднял Львиный Зуб, кольнул острием клинка щеку трепещущего сына мясника… Яркая капля крови выступила под глазом Мики, где меч прорезал кожу, и медленно поползла по щеке.	»

…А также знакомство Джона Сноу с дикаркой-воительницей, его первой любовью:

«	Спящий сел под своими шкурами. Джон выхватил кинжал, сгреб его за волосы и приставил лезвие к подбородку. — Да это девушка. — Одичалая, — сказал Змей. — Зарежь ее. Джон видел в ее глазах страх и огонь. По белому горлу из-под острия ножа струилась кровь. Один укол — и кончено… — Ты сдаешься? — спросил он, сильнее нажав клинком. А если она не сдастся? — Сдаюсь, — дохнув паром, сказала она. — Тогда ты наша пленница. — Джон отвел кинжал.	»

• • "Известно: убитые им смотрят на него — и, должно быть, княгиня Ингигерд улыбается… «Убил. Смердит душегубством-то… зачуют… ОНИ — чуют… Духи… души… „Гляди, Ингигерд. Радуйся“.» — Ср. с Джейме, с мазохистским удовольствием обращающимся к Бриенне: « — Не можешь выносить вида моей культи? Это зрелище должно быть тебе приятно. Ведь я лишился руки, которой убил короля. Которая сбросила с башни маленького Старка. Которой я ласкал свою сестру между ног».
  • Лейтмотив огня.
  • "Портленд также напоминает события в захваченном Теоном Грейджоем Винтерфелле, при всех отличиях. Его люди захватили в лесу подозрительного мужика, тот коварно втерся в доверие к местному альфа/бета-самцу, подбил его убить кого очень не надо было, а сам… Теон же одно время считал обещанную им помощь своей последней надеждой.